Я внутренне усмехнулся. Мой дар, уже в который раз, сослужит нам хорошую службу. Были моменты, когда я бы с радостью от него избавился, но сейчас точно не один из них. Кажется, совсем недавно моё существование представлялось мне донельзя скучным? Что ж, скука кончилась, хоть я пока и не знаю, стоит ли этому радоваться…
Эммет
Шёл пятый день с момента нашего приезда в Форкс, была пятница. По настоянию Рози мы пошли в одиннадцатый класс, а не в восьмой. Я несказанно обрадовался этой новости!
Когда мы переезжали, мне казалось, что нам снова предстоит довольно скучное существование, и мне придётся прилагать немало усилий, чтобы расшевелить своих дорогих родственничков, которые частенько начинали хандрить по поводу и без (особенно старше-младший братец-телепат Эдди, у которого хандра — второе имя). Вот только в первый же день в школе мы все расшевелились совершенно без моего участия…
Причиной расшевеления являлись Изабелла Свон и её отец-шериф. Что же в них могло заставить нас шевелить мозгами и булками? А то, что людьми эти двое, по всей видимости, не являлись. Так же, как и вампирами или оборотнями… по крайней мере, подобными тем, что были из племени Квилетов.
Начать хотя бы с запаха, которому ни один из нас не смог подобрать сравнение, и при этом их обладателям совершенно не хотелось вцепиться в глотку, даже с трудом контролирующему себя в этом смысле братцу Джасу. Кроме того, они совершенно не боялись нас: Эдди пробовал даже специально воздействовать на инстинкты Изабеллы, как это умел делать с людьми каждый из нас, но добился своими потугами лишь лёгкого удивления со стороны девушки, но никак не страха.
Потом, она так странно смотрит на нас, будто на подопытных. Аж передергивает от этого взгляда. Через некоторое время мы убедились, что такое внимание Изабелла уделяет только нашей семье.
И самое главное — все три наших великих таланта жёстко обломались с обоими! Эдвард так и не смог услышать ни одной мысли Изабеллы, и это его жутко раздражало, а меня, в свою очередь, забавляло. Джаспер не чувствовал её эмоций (и вообще, весь его вид был, как у скрученной пружины — того и гляди, распрямится, и тогда держитесь те, кого он посчитал угрозой!). Элис так и не видела ничего чётко, а поблизости от Изабеллы её дар вообще напрочь отключался, и первая по этому поводу имела вид весьма удручённый. То же самое и с её отцом — коротышка и Эдди как-то заехали к Карлайлу в больницу, а шериф там был в это время по работе — обломались оба с ним точно так же, как и с дочуркой. Моя Рози тоже была сама не своя, а как-то раз ни с того ни с сего сказала мне, что ей совсем не хочется снова переезжать. Хотя лично я пока достаточных поводов для смены дислокации не видел. Мы разберёмся со всем и со всеми, разве когда-то бывало иначе?
Выяснили мы о нашей таинственной парочке не слишком много, а полезного — почти ничего. Некий Чарли Свон приехал сюда около двадцати лет назад. Устроился работать в полицейский участок. Начал встречаться с местной девушкой, вскоре они поженились. Примерно через год у них родилась дочь, Изабелла. Потом молодая пара рассталась, и в течение нескольких лет у них происходили какие-то странные перемещения дочери от одного к другому (подробностей никто то ли не знал, то ли не помнил за давностью событий), после чего Изабелла в итоге осталась жить с отцом.
К шерифу в городке относились, судя по сведениям Карлайла, полученным от его коллег и пациентов, уважительно — с тех пор, как его назначили на этот пост, преступность в округе была практически нулевая. В библиотеке мы нашли несколько старых газетных вырезок, где повествовалось о тройке случаев, когда шериф задерживал особо опасных преступников практически в одиночку.
А вот с Изабеллой была совершенно иная ситуация. В школе она была абсолютной парией. Не общалась ни с кем вообще, кроме ответов на уроках. Вернее, с ней никто не общался: для большинства учеников она была пустым местом, а для нескольких отдельных индивидов — «девочкой для битья». Не в буквальном смысле, конечно, но они регулярно её пытаются толкать, шпынять. А вот реакция девушки на это была безразличной. Ее толкнут, рассыплют учебники и принадлежности, а она вздохнет так тихо, что слышим только мы, обойдет обидчика, соберет вещи и пойдет дальше. Видимо, по этой причине чаще всего в разговорах и мыслях учеников ее фамилия звучит с прилагательным «малахольная». Жаль, Джаспер не чувствует ее эмоций, было бы интересно узнать, такая ли она на самом деле «малахольная», или это просто маска. Довольно странно всё это, она ведь очень красивая, почему к ней так относятся? За ней должны бегать все мальчики, ей должны завидовать все девочки, но ее только пытаются унизить и задеть. Что же такое с ней раньше было? Правду сказать, в её отношении у меня пару раз возникло сочувствие. Если бы она только так на нас не пялилась…
— Эти гляделки уже начинают меня выматывать… — пожаловалась моя крошка на ленче.
