Оборотни допрашивали арестованного в кабинете бухгалтерши, пока сыщики осматривали место преступления. Жертву, мистера Стива Милдта, повезли в больницу. Раненого бандита —в тюремную палату. Самай вкололи снотворное и отправили в психиатрическую клинику «Святого Варфоломея».
– Как вы выбирали жертв? Случайно? —спросил Вард.
– Сначала думали, кто попадется, а потом, когда мы отдали на хранение главарю банды «Бешеные псы» бочки с драги, то заметили, как за складом наблюдают двое мужчин. Под иллюзией мы легко их выследили, а потом узнали, что всегоих пятеро. Это трое охранников и две шлюхи из одной дерев ни, работают на Бена. Они собирались уничтожить склад с драги. Мартин тогда сказал: «Отличные претенденты. Убьем сразу двух зайцев – лишних свидетелей и накажем Бена».
– Зачем мистер Крей хотел проучить главаря?
– Он боялся торговать драги в Фолкстоне. Говорил, что его быстро вычислят. Мартин рассчитывал, что Бен начнет нервничать, когда маньяк будет убивать только членов его банды.
– Мистер Грин не знал о Самай. Верно?
– Да.
– Расскажите, когда вы последний раз видели мистера Крея. Что он вам говорил? Куда отправился?
– Сегодня ночью. Мартин ушел и сказал, чтобы мы закрылись изнутри. Оставшиеся кведи с иллюзией он забрал. Мартин приказал переждать до полуночи, а потом выпустить Самай. Нам было велено отправиться к пристани и обратиться к рыбаку Торни. Мартин оставил деньги на столе и ушел. Мы с приятелем подумали, а чего нам ждать? Сыщики уже кружили вокруг складов, поэтому мы решили дождаться рассвета, в это время охранники делают обход перед новой сменой. Но тут нагрянули вы.
Вард велел доставить арестованного бандита в инквизицию. Да и оборотням пора было вернуться и обо всем доложить отцу и судье Кирби. А также Вард намеревался допросить Бена. Он знал намного больше, и все вытянуть из него было просто необходимо.
– Что скажете? —спросил Вард.
– Мутно все. Неясно, от чего нас хотят отвлечь, —хмуро изрек Джеральд.
Мэтью же думал о том, что плохое предчувствие вернулось. Оно неприятно царапало изнутри. Казалось бы, маньячка поймана, банда почти обезврежена, и дома его ждет Шато. Душа Рори успокоится… Вард звонил отцу в инквизицию, но тот не взял трубку. Тогда брат набрал судье Кирби, ответила секретарша. Ее голос срывался на крик, и Мэтью с Джеральдом отлично все слышали:
– Мистер Торгест, – чуть не плача, говорила секретарша. – Случилось ужасное. Преступник Эвил сбежал. Он зарезал всех охранников в тюрьме, взял в заложники медсестру Даллес. Как заключенный скрылся… непонятно. Судья Кирби исследует камеры. Да еще, сбежал арестант Кортни. Он тоже зарезал охранника. И, мистер Торгест, мне так жаль…
Секретарша заплакала. Вард с каменным лицом смотрел на Мэтью. Джеральд застыл возле окна. Вот отчего их всех отвлекали! От побега жестокого преступника!
– Говори, не тяни, – сказал Вард. Мэтью услышал скрежет зубов брата. Он еле сдерживался.
– Ваша мама… миссис Торгест… в больнице. На нее совершили… нападение. Как я слышала… произвели несколько выстрелов… в голову. Ваш отец у нее. – Секретарша снова заплакала. Вард с такой силой сжал трубку, что она треснула и послышались гудки. Мама. Ее за что? Грудь резануло, будто по ней черканули тупым лезвием. Оборотня просто так не убить. Но если в больнице… Значит… Плохо все, но и… Жива. Мама сильная…
Раздался звонок в соседней комнате, где сидели охранники, когда Мэтью первый раз вошел в здание. Вард подскочил и бросился к телефону. Джеральд и Мэтью за ним. Это был судья Кирби. Он говорил спокойно, но в голосе слышались громовые раскаты:
– Ариман и его прихвостень Руф сбежали. Сыщик Гредман и консьерж мертвы. Мисс Руж перерезала им горло и скрылась. Мистер Фолкстон исчез вместе с теплоходом. Ксена в больнице, но уже пришла в себя. Двоих магов иллюзии нашли на берегу Вэйвер. Жду вас в инквизиции. Срочно! —судья бросил трубку.
– Говорил я – веры нет магам иллюзии, —прошипел Джеральд. Его взгляд злобно горел, когда он взглянул на Мэтью. Оборотень не верил, что Шато могла убить. Нет. Внутри все взорвалось черным огнем, и волк, который давно просился выбраться наружу, получил свободу.
Мэтью бросился в окно, разбив его. Осколки полетели в разные стороны. Оборотень поранился, но не чувствовал боли. В груди растекалась тоска и страх за Шато. Серый волк летел к дому, где ночью так жарко целовал свою магичку.
Глава 17
