Двенадцать часов пребывания мяса в светлом немецком пиве со специями, придало ему неповторимое благоухание, которое под действием огня, наполняло пространство вокруг дома бывшего ветерана «Вермахта». Внутренний двор был по периметру окружен кирпичным забором, высотой чуть более метра, за стенами которого точно такие же дворы были и у соседей. Дым с примесью горящего на углях жира и аромата жареного мяса дикой свиньи, растекался за пределы участка, вызывая у соседей, неподдельный приступ любопытства. «Ташкент» с лицом знатока восточной кухни, колдовал над импровизированным мангалом, который парни сделали из электрического ящика, найденного в школьной мастерской. Древесные угли дышали жаром. Кусочки сырого мяса, нанизанные на шампуры, прямо на глазах, превращалось в аппетитное блюдо под названием шашлык.
В это самое время во дворе соседнего дома появилась любопытная седовласая старушка. Она делала вид, что занимается своим хозяйством, но раз от разу с нескрываемым любопытством она выглядывала из–за забора, раздувая свои ноздри. Заметив во дворе Керстин, она как-то не совсем дружелюбно окрикнула её.
– Это что у вас тут такое происходит Керстин?!
– Добрый вечер фрау Петра, – ответила ей девушка, и приветливо улыбнувшись, подошла поближе к забору.
– У вас, что сегодня молодежная вечеринка, – спросила старушка божий одуванчик, –очень вкусно пахнет – это, наверное, жареные колбаски?
– О, нет фрау Петра! Это мои русские друзья празднуют сегодня день рождение, – соврала Керстин.
– Русские, – удивленно переспросила старая немка и изменилась в лице до неузнаваемости.
– Да, мои русские друзья…. А что?
– А ребеночка тебе тоже сделали русские, – спросила фрау Петра, глядя на выступающий живот.
– И ребенка тоже мне сделал русские, –ответила Керстин, улыбаясь. -Они в этом деле знают толк.
– О, мой Бог, куда катится мир…. ! Ох, уж эти русские – черт бы их побрал…. С тех пор, как они появились в Германии, они перепортили всех немецких женщин…. Они Керстин варвары! – сказала старуха. – Жаль что я уже старая, и никому не нужная кляча.
Русаков заинтересовавшись разговором незаметно к Керстин и довольно на неплохом немецком сказал:
– Добрый вечер фрау! Какие-то проблемы?
Старуха кокетливо расплылась в улыбке, и ответила:
– Здравствуйте товарищ! Дружба фройндшафт! Нет – нет никаких проблем!
– Вы говорите по–русски, – спросил Русаков.
Керстин обняла его за талию и с долей сарказма сказала:
– Она Заша, не говорит по–русски…. Фрау Петра, знает всего два слова…. Здравствуй товарищ!
– А что ей тогда надо, – спросил Русаков.
– Она сказала, что очень шмект райхт – вкусно пахнет гриль фляйш….
– Давай её угостим…. Пусть старуха пожует шашлык на старости лет….
– Я не знаю, у нас такое не принято, – сказала Керстин, удивленно глядя на Сашку.
– Ах, да – я забыл, –сказал Русаков. –У вас же иная ментальность….
Он обернулся, и, обратив внимание «Ташкента» на себя, сказал:
– Братэла, угости старуху шашлыком, чтобы она скрылась из вида.
Демидов выбрал уже готовый и самый аппетитный шампур, и улыбаясь во всю ширину своего рта, поднес его старухе.
– Вау…. С восхищением сказала старуха- Это мне?
– Фрау, битте есен! Даст ист вальдшвайне фляйш хрю-хрю –дас шмект, –сказал «Ташкент» по–немецки, и передал шампур через забор. Старуха глазами полными удивления посмотрела на Демидова, и, аристократично, отщипнув небольшой кусочек, положила его себе в рот. Минуту посмаковав, она выкатила глаза и сказала не скрывая восхищения:
– Дас ист фантастишь! Вундер гешмект….
– Гут аппетит, –ответил Демидов. –Кушайте бабушка на здоровье!
– На здоровье кушайте бабушка, –сказал Русаков.
– Бабушка? – переспросила старуха по-русски, почему–то делая ударение на букву «У».
– Айн момент! Айн момент!
Старуха как-то странно хныкнула и, пустив слезу, в мгновение ока скрылась в своем доме.
– Что это с ней, – спросил Русаков, глядя на Керстин.
– Она старая дева…. Её муж Франц, давно погибать на война! Восточный фронт! – сказала Керстин.– Она больше не смогла найти себе мужчину….
– А, ну теперь понятно, – ответил Русаков. -Ни кто не забыт, ни что не забыто….
В этот момент во дворе появилась Эрика. Кусая яблоко, она подошла к мангалу, и, протянув Виталию мельхиоровый поднос, по-немецки сказала:
– У меня камрады все готово! Стол накрыт…. Мы можем ужинать….
Демидов сложил шампуры на поднос и торжественно направился в сторону дома. Стол был сервирован скромно –с немецким аскетизмом, базирующимся на принципах скромной и разумной достаточности. Двухлитровая бутылка столового вина «Домино», вареный картофель на фарфоровом блюде, и ничего лишнего, что могло бы привести к увеличению веса. Шашлык огромной горой мяса высился среди стола, наполняя дом волшебным ароматом настоящей и здоровой пищи.
С тех пор, как убили деда, и умерла мать, Керстин жила в доме одна, получая от государства небольшое пособие. Всего каких–то пятьдесят марок в месяц, да небольшая сумма от мэрии, как сироте.
Русаков, разлил по бокалам вино, и положил в тарелку Керстин шашлык, сняв с шампура мясо вилкой.