Интуиция говорила: это именно то, что нужно. С другой стороны, вспомнив историю с несчастным Семеном Семеновичем, Надежда засомневалась, стоит ли вмешиваться. В прошлый раз ведь еще хуже вышло. Хотя… что-то ей подсказывало, что Семен Семеныч был обречен.
«Библиотекарь Воронова Т.А. получила тяжелые ожоги…» Надежда Николаевна поежилась. Нет, она не может просто так это оставить.
Прежде всего нужно выяснить, существует ли сейчас эта библиотека. И каково же было удивление Надежды, когда она выяснила, что старейшая библиотека имени первопечатника Ивана Федорова существует и находится по тому же адресу: Колокольный переулок, дом пять.
– Надо ехать, – сказала она коту, – возможно, удастся предотвратить пожар.
Кот ничего не ответил.
Надежда же оделась попроще, причем, помня о том, что синтетика воспламеняется мгновенно, выбрала в гардеробе все натуральное: свитер из чистой шерсти, джинсы и куртку из хлопка. Сумку тоже взяла попроще и шапочку вязаную.
В таком непритязательном виде она и предстала перед соседкой Антониной Васильевной.
– Надя, ты куда это? На дачу, что ли?
– Знакомая квартиру купила, а там прежние жильцы столько вещей оставили… – выдала Надежда Николаевна заготовку. – Нужно помочь с этими вещами разобраться.
Антонина Васильевна посмотрела с сомнением, но Надежда уже ускользнула.
В Колокольном переулке было тихо и сонно. Погода для ноября стояла удивительно мягкая, ночью подморозило, и сейчас Надежда вышагивала по сухому асфальту.
По причине дневного времени народу в библиотеке было совсем немного. На абонементе сидела женщина средних лет, то и дело поправляя очки в дорогой оправе, которые ей совершенно не шли.
Надежда Николаевна сказала, что хочет записаться в библиотеку. План ее заключался в следующем: не лезть на рожон, не кричать про пожар, а быть настороже и потихоньку наблюдать за развитием ситуации. А для этой цели требовалось посидеть в библиотеке подольше.
Женщина попросила паспорт, и Надежда отдала его скрепя сердце. Ей не хотелось раскрывать свои данные, но иначе в библиотеку было не записаться.
Выслушав многословные извинения библиотекарши по поводу того, что она сегодня одна за всех, так что не может уделить ей много времени, Надежда Николаевна прошла в читальный зал, где увидела двух старушек и старичка с палочкой, который внимательно читал толстую книгу. Старушки же шептались и поглядывали на него с интересом, только что не хихикали как школьницы.
«Всюду жизнь!» – мысленно усмехнулась Надежда, села за стол и принялась листать журналы. Через несколько минут она поднялась и, оставив сумку, прошла в дальний конец читального зала, откуда была видна какая-то дверь без всякой надписи. Надежда совершенно правильно идентифицировала ее как дверь туалета и прошла дальше по коридору. В тупике возле стены стоял огнетушитель, над которым висела надпись: «Ответственная за пожарную безопасность Воронова Т.А.». Для порядка заглянула еще и в туалет, но не обнаружила там ничего особенного и вернулась на свое место.
Когда на часах, висевших над полками, было без десяти двенадцать, в читальном зале появилась еще одна женщина, одетая как старушка – в длинное пальто серого неброского цвета и темно-розовый вязаный берет, надвинутый на лоб.
Увидев ее, Надежда тут же прикрылась журналом, зорким взглядом уловив при этом, что на ногах посетительницы дорогие спортивные ботинки.
Неумело горбясь и двигаясь нарочито медленно, женщина прошла по залу и села через два стола от Надежды. Но как бы она ни пыталась изображать старушку, Надежда Николаевна поняла, что это та самая киллерша в парике в виде «халы», которая угробила Семен Семеныча.
В лучших традициях шпионских фильмов Надежда проделала в журнальной странице дырочку и принялась за ней наблюдать. Женщина немного посидела за столом, затем сняла пальто, оставшись в свободной старушечьей кофте, а затем удалилась в туалет, оставив очки на стопке газет и журналов.
Надежда Николаевна вынырнула из-за журнала и присмотрелась к очкам. Слишком уж выпуклыми ей показались стекла. Но в ту же минуту в широкое окно попал луч позднего ноябрьского солнца, и она заметила, что очки сфокусировали его на манер лупы.
Все ясно, поняла Надежда. В детстве они с мальчишками таким способом поджигали бумагу и фотопленку.
Она встала и направилась к туалету, а проходя мимо стола, словно невзначай уронила на очки свою шапку, а затем прихватила ее вместе с очками. Так спокойнее.
Еще не выйдя в коридор, Надежда Николаевна почувствовала резкий химический запах и услышала какое-то шуршание и шарканье. Замедлив шаг, дальше она двигалась исключительно на цыпочках, а дойдя до угла коридора, высунула голову из-за угла, как черепаха из панциря. В коридоре никого не было, зато на полу была разлита какая-то едко пахнущая жидкость.
«Бензин? – подумала Надежда. – Нет, но что-то подобное, легко воспламеняющееся…»
