И я повернула голову к королю Оплота, который и правда имел весьма плачевный вид. Он был бледен, глаза болезненно сверкали, руки дрожали так, что это было заметно со стороны. Брайан тихо выругался сквозь зубы, понимая, что если я и не совсем попала в точку, то, во всяком случае, была недалека от истины.
– Ваше величество, вы, главное, не волнуйтесь! – заботливо воскликнула я, перемещаясь поближе к Луису и подальше от Брайана. – Дышите глубоко и не смотрите вверх, чтобы не видеть, насколько близок потолок. И еще: если вам вдруг покажется, что стены сужаются, потолок опускается и вас вот-вот расплющит, вы просто твердо знайте: это не так. Это только впечатление такое. На самом деле подобное случается редко. Примерно в двадцати процентах случаев.
– Элайна, замолкни! – рявкнул Брайан.
– Почему? – возмутилась я. – Я всего лишь стараюсь помочь его величеству побороть клаустрофобию. Это очень важно! Штука-то крайне неприятная.
Я повернулась к Тамире, ища поддержки медика.
– Это правда, – не замедлила согласиться она. – От страха закрытых помещений даже сознание теряют. А уж если из закрытого помещения долго нельзя выбраться…
Она многозначительно махнула рукой.
– И вот еще такой момент, – добавила я. – Если вам послышится эдакий отдаленный гул и покажется, что сверху вот-вот полетят камни, это тоже неправда. Скорее всего.
– Ну почему? – возразила Тамира. – Я слышала, в таких тоннелях бывают обвалы.
– Бывают, – согласилась я. – Но нечасто. Поэтому я и говорю:
– Но риск есть, – настаивала Тамира.
– Риск есть, – подтвердила я.
Мы немного пошагали молча, к немалому облегчению Брайана, как вдруг я, пощупав холодный и влажный камень, выдала:
– А говорят, в таких тоннелях иногда устраивают захоронения. Прямо в стенах…
Шедший впереди стражник невольно шарахнулся от ближайшей стены. Поскольку он нес факел, незамеченным данный маневр не прошел.
– Здесь нет никаких захоронений, – процедил Брайан.
– Я понимаю, что нет! – воскликнула я так обиженно, будто меня только что обвинили в скудоумии. – Я просто к тому, что… ну, в случае чего… мало ли… мы ведь сможем похоронить его величество как положено, с достойными почестями?
– Молчать! – заорал Брайан.
Эхо от этого крика принялось отскакивать от стен. Слова быстро стихли, но все еще казалось, будто по тоннелю разносится подозрительный гул.
– Тише! – рявкнул уже на Брайана Луис. – Мне все это не нравится. – Он облизнул пересохшие губы и нервно огляделся. – Делаем привал.
– Мы недостаточно далеко ушли, – покачал головой Брайан.
Но тут как раз вернулся стражник, недавно посланный им назад для проверки, нет ли за нами погони. Выяснилось, что все чисто, и Брайан дал «добро» на десятиминутный отдых. Дойдя до ближайшей пещеры, где пространства было побольше (и даже потолки, к радости Луиса, повыше), мы расселись прямо на каменном полу. Из походных сумок извлекли пару фляг и даже пустили по кругу какой-то каравай.
Вскоре, к моему немалому удивлению, ко мне подсел Кеннингтон.
– Элайна, зачем вы раздражаете Брайана? – тихо спросил он.
– А вы за него переживаете, Роберт? – саркастически осведомилась я.
– Дело не в этом. Вы понимаете, что играете с огнем? Брайан и в обычном своем состоянии способен серьезно навредить тому, кого считает своим врагом. А сейчас нервы его на пределе, и это несложно понять. Для вас подобные заигрывания могут очень плохо кончиться.
Я повернула голову и пристально вгляделась в его лицо.
– А вас, Роберт, это с какой стороны беспокоит? – поинтересовалась я. – Неужто имеете на меня какие-то виды?
– Боги с вами, Элайна, – поморщился он. – Просто я вас уважаю. Искренне уважаю вас как человека и не хотел бы, чтобы вы так глупо погибли.
Воистину, это было любопытное заявление.
– Вы уважаете меня так сильно, что даже участвовали с Брайаном в организации моей публичной порки? – изумилась я вслух.
Роберт вздохнул и помолчал, обдумывая последующие слова.
– Да, мне было известно о планах касательно вашей персоны, – признал он. – Это война, Элайна. Пусть до сих пор она и не принимала той формы, что сегодня, когда светлые вторглись на нашу территорию. Не без вашей помощи, насколько я понимаю. Так вот… Война есть война. На ней используются средства, недопустимые в мирной жизни. Моя основная специализация – военное дело, а не разведка, и не могу сказать, чтобы некоторые из этих методов мне сильно нравились. Но я признаю, что они необходимы. К тому же на том этапе вы были для меня не более чем именем, написанным на листе бумаги. Когда же вы прибыли в Оплот и начали работать, я узнал вас лично – и зауважал. За ваш профессионализм, за принципиальность, за преданность делу Оплота. Которую, как оказалось, мы трактуем совершенно по-разному. Но в данном случае дело не в этом. Я слышал ваше м-м-м… выступление, Элайна. Слушал его вместе с Брайаном. Должен сказать, он пришел в бешенство. Если бы вы попались ему под руку тогда, думаю, от вас бы мало что осталось. Так что имейте в виду: сейчас он ведет себя чрезвычайно сдержанно.
