– А вы? Как вы отреагировали на ту передачу? – полюбопытствовала я.
–
– Наши деревни никто не жжет, – горячо возразила я, отчаянно молясь, чтобы это было правдой. Потому что если нет, если после моего выступления по эхолиниям окажется, что светлые все-таки принесли в Оплот смерть, мне останется только покончить жизнь самоубийством. – Настрийцы пришли не убивать, а спасти от произвола. Дать свободу выбора.
– Из чистого альтруизма? – усмехнулся Кеннингтон со скептической интонацией, напомнившей мне мою собственную – во время давнего разговора с Сэндом. – Что ж, я не стану с вами спорить, Элайна. Но я почти четыре десятка лет придерживался определенных убеждений и не думаю, что мне следует их менять. Не исключено, что все это время я жил в заблуждении. Но если так, то, вероятнее всего, в этом же заблуждении я и умру.
– И все же убеждения не помешали вам бросить своих людей и отправиться за границу, – едко заметила я.
– Моя главная обязанность – позаботиться о безопасности короля, – возразил Кеннингтон. – Но вы ошибаетесь, если думаете, будто, добравшись до Кариса, я собираюсь отсидеться там в каком-нибудь теплом местечке. Убедившись, что его величество в безопасности, я сразу же возвращусь в Оплот. Чем бы это ни оказалось для меня чревато.
– А прикрываться женскими спинами? – полюбопытствовала я, ерзая, дабы изменить положение. Не слишком уютно было сидеть на холодном полу, откинувшись упомянутой выше спиной на холодную, неровную стену. – Это укладывается в вашу систему ценностей?
Кеннингтон вновь поморщился.
– Я был против того, чтобы брать вас с собой, – напомнил он. – Но сейчас слишком поздно что-либо менять. Помочь вам скрыться я не рискну. Во-первых, вы можете привести погоню, а во-вторых – и это куда более вероятно, – просто заблудитесь или переломаете себе ноги, упав в какую-нибудь яму. И в этом случае ваша смерть действительно будет на моей совести.
Меж тем голос Брайана возвестил о том, что привал пора заканчивать. Все кругом зашевелились, стражники принялись складывать извлеченные на время вещи обратно в мешки.
– Что ж, мне понятна ваша позиция, и должна признать, что вы тоже внушаете мне уважение, Роберт, – сказала я, поднимаясь с помощью собеседника на ноги. После чего моя рука выскользнула из его ладони, и я добавила: – Но это не помешает мне вонзить нож вам в спину, если представится такой шанс и я сочту его полезным для дела.
Кеннингтон ухмыльнулся:
– Благодарю за предупреждение.
На этом наш разговор закончился.
А вот другой разговор все никак не мог толком начаться. Брайан, старавшийся идти в ногу с Тамирой, все пытался завести с ней беседу. Видимо, стремился хоть как-то помириться. Ему это не удавалось, что было вполне предсказуемо. Куда менее ожидаемым оказалось то, что Тамира внезапно, отстранившись от Брайана, воззвала к королю:
– Ваше величество! Я прошу вас оградить меня от домогательств этого человека. – Травница решительно подошла к Луису. – Я более не являюсь его невестой. И не обязана терпеть его преследования. Прошу вас, ваше величество! – Девушка вцепилась в Луиса, практически схватив его за грудки. – Вы – король, ваше слово решает все!
Король, вынужденный основательно замедлить шаг под таким напором, изумленно взирал на просительницу. Затем посмотрел поверх ее головы на Брайана.
– Да я не… – растерянно начал было тот – и осекся, видимо, не успев найти оптимальное оправдание.
– Я полагаю, господин Коллинз, что в сложившихся обстоятельствах и правда не следовало бы нагнетать обстановку, – постановил Луис.
– Благодарю вас, ваше величество! – воскликнула Тамира, так и не выпуская короля из хватки.
– Тамира, достаточно! – морщась, призвал ее к порядку Брайан. – Никто вас не преследует. Отпустите его величество, вы лишаете его возможности нормально передвигаться.
– Хорошо. – Тамира покосилась на него, поджав губы. – Но рядом с вами я путь не продолжу. Предпочитаю идти, – она оглядела наш своеобразный отряд и остановилась на мне, – вот, рядом с Элайной.
Возражать никто не стал. Думаю, для Брайана в тот момент было важнее всего, чтобы закончилась истерика. Да и глупо семерым мужчинам опасаться двух женщин. Что за беда, если они пойдут рядом и даже поговорят о своем положении?
– Возьмите мой платок, Элайна. – Тамира протянула мне большой шерстяной платок, сложенный в несколько раз. – Здесь холодно, а эти умники даже не догадались упаковать для вас плащ. Я-то успела свой прихватить, поскольку мне дали возможность собраться.
– Благодарю вас.
