Но самое загадочное — платье носили не выстирав, с видимыми пятнами. Понятно, что бедные женщины в конце XVI века не могли просто пойти и купить новое платье. Но постирать-то могли?
Платье найдено Гвидоне Пикколоджоне, который был то ли чокнутым фанатом XVIII века, то ли притворялся. Как только полиция разрешит, она отправится в дом Пикколоджоне и осмотрит сундук.
Еще одна странная деталь — записка. Если бы не она, никому и в голову бы не пришло, что это платье ведьмы, казненной в Тоскане в 1594 году. Но директор уверяет, что записка подделка, так с какой целью кому-то писать записку, а директору ее уничтожать?
Массимо расцеловал Сашу в обе щеки и заказал сытный обед — суп риболлиту и мясо дикого кабана, тушеное в знаменитом местном вине верначча, том самом, что стало символом посиделок Саши с тосканскими друзьями.
От риболлиты и Александра не отказалась. Старый тосканский овощной суп, густой и ароматный, получил название «перекипяченный» потому что, как русские щи, становился вкуснее на следующий день. Суп традиционно посыпали тертым пармезаном, предварительно влив ложку оливкового масла.
Говорили, что суп появился в Средневековье и прекрасно чувствовал себя в современности, как, впрочем, немало других тосканских блюд. Но они все же родились в Эпоху Возрождения, а риболлита гораздо древнее. У крестьян было мало времени на кухню, и риболлита выручала в особо занятые месяцы посевов или сбора урожая. Ее просто кипятили еще раз на следующий день. Траттории, хранящие традиции (и уважающие своих посетителей, как не преминут заметить тосканцы) готовят суп заранее и на следующий день разогревают перед подачей.
Наконец подали кофе и Саша высказала Массимо свои мысли.
— Могу предложить два варианта. Автор записки смотрел фильм или читал книги о Костанце да Лари, поэтому решил на этом заработать. Второй вариант: многие люди любят рассказывать, что связаны с известными историческими персонажами, их знакомые не будут проверять подлинность записки, поверят на слово.
— А сундук? Почему Пикколоджоне отказывался передать его на выставку? Он лишь подтвердил бы версию о случайной находке.
Массимо пожал плечами:
— То есть на сегодня у тебя ничего нет?
— Симона проверяет аукционы, мы думаем, что сможем найти бывших владельцев. И попробует отыскать адвоката Риккарди.
— Но если записка была поддельной, то скорее всего и платье подделка.
— Симона определила его соответствие тому времени. А что ты узнал?
— О стрельбе или об айтишнике?
— Начнем с него.
— Полиция обнаружила следы ДНК на входной двери и в кабинете. Там есть отпечатки Гвидоне, твоего мужа и домработницы, но есть и другие. Проблема в том, чтобы найти совпадения, в реальной жизни, а не в кино, это невозможно, если только мы не имеем дело с известными преступниками. Мы же не можем просить всех в округе пройти тест ДНК.
— А эксперты сопоставляли ДНК, оставленную грабителями три месяца назад?
— Конечно. И никаких совпадений. Эксперты из отдела по борьбе с высокотехнологичными преступлениями из Флоренции изъяли все компьютерное оборудование, просмотр информации займет время. Но вот что мы узнали. Гвидоне Пикколоджоне — не настоящее имя. Он родился как Густаво Пикколо. Сменил имя десять лет назад.
— Интересно, почему.
— Сегодня должна вернуться его сестра, они с мужем навещали каких-то родственников в Пьемонте. Поговорим.
— Адресок дашь?
— Дам, если не собираешься нас опередить. Подожди пару дней. Мы говорили по телефону, но не спрашивали о смене имени, в тот момент мы просто не знали об этом. Про визит к брату, о котором говорила домработница, они сказали, что просто навестили его и это не связано с юридическими вопросами. И ничего не слышали об адвокате Риккарди.
— А есть такой адвокат в Тоскане?
— Такой фамилии нет. Возможно, домработница ошиблась или неправильно поняла.
— Ты даже не против, чтобы я поговорила с этими людьми, прогресс!
— Но ты же не будешь спрашивать об убийстве, только о платье. И ты права, в обычном разговоре люди вспоминают то, что не помнили от волнения в момент прихода полиции, или просто не хотели бы делиться с полицейскими.
— А насчет стрельбы? Что вы узнали?
— Мы поговорили со всеми, кто был в тот вечер, включая организаторов фуршета и их персонал. Конечно, никто не признается, что принес оружие, и никто не видел стрелка. Мы составили карту местонахождения большинства гостей.
— И?
— Стрелять могли несколько человек, естественно, они отрицают. Но главное, у них нет мотива.
— Тот пожилой мужчина, архитектор, который прервал советника, среди этих людей?
— Да, как и жена Торрини. Но ей незачем причинять вред мужу, а архитектор уверяет, что просто побоялся, что Торрини скажет слишком много, пока расследование коррупционных схем держится в секрете. Уверяет, что он сторонник советника и ему часто приходится закрывать тому рот, чтобы не болтал лишнего на публике.
Из зала послышался шум, похоже кто-то уронил стул, раздались крики. Массимо бросился туда, Саша за ним.
