Впрочем, это видение пронеслось в ее голове в долю секунды.
Сергей – точнее, тот человек, который называл себя Сергеем, – быстро закончил свой разговор и снова повернулся к ним.
Ника скосила глаза на экономку – но та стояла на прежнем месте и смотрела перед собой со сдержанностью и равнодушием, как будто все происходящее ее не касалось.
Можно было подумать, что ничего не было, что она ничего не передавала Нике, но та отчетливо чувствовала в руке сложенный листок бумаги…
Она хотела спрятать этот листок, но Сергей, точнее, тот человек, который называл себя Сергеем, не сводил с нее внимательного, подозрительного взгляда.
– Спасибо, – проговорил Сергей сдержанно. – Мы все видели и должны подумать…
– Конечно. Подумать – это очень полезно, – ответила экономка с почти незаметным сарказмом, по-прежнему смотря только на Нику. – Я провожу вас…
– Это лишнее, мы и сами прекрасно найдем дорогу.
Ника ничего не сказала.
Она чувствовала, что у нее горит лицо.
Эта бумажка, которую вложила в ее руку экономка, заставляла ее дрожать от страха и растерянности.
Они вышли из квартиры.
Сергей – или кто он там на самом деле – подозрительно покосился на Нику.
– Что с тобой? – спросил он озабоченно или скорее настороженно. – На тебе лица нет!
– А как ты думаешь, – выпалила Ника с неожиданной страстью и раздражением, – я увидела такую квартиру… Я таких квартир в жизни не видела – и вдруг она мне досталась по наследству! Она моя! Понятно, что я волнуюсь!
– Чего тут волноваться – радоваться нужно! Переезжать нужно в эту квартиру! А тетку эту мы непременно уволим!
– Почему это?
– Не понравилась она мне! Смотрит волком, цедит через губу… подумаешь, всего-то прислуга, а о себе много возомнила! Нет, непременно уволим!
– Она близко знала моего отца, заботилась о нем, он к ней хорошо относился…
– Это только она так говорит, и вообще, твоего отца больше нет, так что незачем о нем говорить… – начал Сергей, но тут, видимо, все же почувствовал, что перегнул палку, и осекся.
Потом произнес примирительным тоном:
– Ладно, мы об этом еще подумаем.
Всю дорогу до дома они молчали – Ника думала об отце, которого никогда в жизни не видела, и о том, что говорила ей экономка.
Сергей молчал настороженно и подозрительно, то и дело поглядывал на жену, словно пытаясь прочитать ее мысли.
Вот интересно, он явно небольшого ума, но чувствует, что экономка его раскусила, поэтому и злится. А уж она-то сразу поняла, что он есть проходимец, который присосался к богатой женщине, как пиявка, и теперь станет тянуть из нее деньги. Ничего собой не представляет, потому и пыжится. «Мы подумаем и решим вас уволить!» Надо же…
– А кто же тогда будет следить за квартирой, если ты хочешь уволить эту Юлию Милановну? – холодно спросила Ника, подчеркнув местоимение «ты». – Уж не хочешь ли ты сказать, что я должна бегать с тряпкой и пылесосом?
– Ну, зачем… – отмахнулся он, – мама кого-нибудь найдет… это не так трудно…
– Вот насчет мамы… – протянула Ника, – как бы это объяснить…
– А что насчет мамы? Что ты имеешь против? – забеспокоился он.
Ника не случайно завела этот разговор. Она давно уже поняла, что в этом тандеме главное место занимает свекровь, и если как-то от нее отвязаться, то можно обхитрить этого типа, которого она в мыслях не могла назвать Сергеем. А на словах – могла. Если постараться.
– Дело в том, – терпеливо начала она, – что я в принципе, конечно, ничего не имею против твоей мамы. Но… – она подняла палец, – когда ты сделал мне предложение, ты не говорил, что мама будет жить с нами. Ты сказал, что у нее есть своя квартира и она не будет мешать, так? Ты это говорил?
– Ну… – неуверенно промямлил он, – но мама…
– Так вот я тебе заявляю совершенно серьезно, мой дорогой, – отчеканила Ника, – никакой мамы и вообще никаких твоих родственников в этой квартире не будет. И духу их не будет. Только мы с тобой. А если тебя такой вариант не устраивает, то можешь оставаться с мамочкой в этой квартире, а я…
– Я понял. – Он отвернулся, и Ника не видела его лица. – Учту твои пожелания.
«Вот то-то», – удовлетворенно подумала Ника. Сразу нужно было с ним построже…
– Мама просила в магазин зайти, продукты закончились, – сказал он, когда они проезжали мимо супермаркета. – Пойдем вместе?
Ника хотела остаться одна, чтобы прочитать записку, что дала ей экономка, и сказала, что очень устала, так что лучше пойдет домой, тут недалеко.
– Как хочешь! – Он запер машину и пошел к дверям супермаркета, а она развернулась и отправилась по улице к дому.
Хотелось прочитать записку тут же, но Ника побоялась, что этот тип за ней следит. Уж слишком легко он ее отпустил. Ладно, лучше это сделать в квартире, закрыться в ванной и прочитать.
Ника уже подходила к подъезду, когда в ее сумочке настойчиво и взволнованно зазвонил телефон.
Первой мыслью было, что это звонит Татьяна. Или Андрей Щербаков с сообщением насчет фотографий. Танька говорила, что он – парень обязательный, если обещал, что сходит к Валентине Павловне, то назавтра и пойдет, тянуть и увиливать не будет.
