– Мистика какая-то! – воскликнул он. – Её следы обрываются здесь, прямо посреди комнаты, как будто у неё вдруг выросли крылья и она улетела. Ну и как прикажете это понимать?
Адам указал в сторону, где следы исчезали.
Он ясно увидел, что там слой пыли был уже отнюдь не таким ровным. У самой кромки старого ковра отчётливо просматривался отпечаток ноги… Отпечаток огромной босой ноги! По меньшей мере в два раза больше ноги взрослого мужчины.
– А в-вот сейчас я точно домой, – промямлил Тобиас с дрожью в голосе и развернулся, направляясь к входной двери.
Вдруг до Адама донёсся звук, от которого по позвоночнику пробежал холодок.
Ковёр сам собой приподнялся и начал отползать в сторону.
На его месте показалась крышка люка в подпол. Громкий скрип петель предупредил Адама, что он вот-вот откроется!
– Тобиас, – прошептал он, – быстро в шкаф!
Но тот, открыв рот, так и остался стоять столбом и глядеть, как медленно открывается крышка люка.
Адам схватил его и потянул за собой в старый шкаф.
– Молчок! – прошептал Адам, прижав палец ко рту. Тобиас кивнул, закрыл глаза и тихо сполз на пол шкафа.
Адам приоткрыл дверь шкафа на маленькую щёлочку и стал подглядывать, что выползло на пол.
Сначала его взгляд упал на всклокоченную шевелюру из веточек и мха, затем – на устрашающе горящие глаза, огромный нос и длиннющую бороду.
Тело было гигантским, по меньшей мере в два раза больше человеческого, а одето существо было во что-то вроде звериной шкуры. Непомерных размеров нос чудища с шумом втягивал воздух. Две большие мускулистые руки медленно закрыли крышку люка, натянув ковёр обратно. Адам с трудом верил своим глазам: сзади из штанов существа свисал длинный хвост.
Гигант подошёл к открытой двери, постоял и поводил носом, а затем вышел на улицу, захлопнув за собой дверь.
В комнате разом сгустилась непроглядная тьма.
Адам ещё долго не отваживался пошевелиться. Тобиас по-прежнему полулежал без движения на полу шкафа. В обморок он, что ли, бухнулся от ужаса?
Адам снова выглянул в щель между створками. Глаза привыкли к темноте, и теперь того скупого света, который всё-таки пробивался сквозь оконное стекло, хватало, чтобы убедиться: в комнате пусто.
– Думаю, оно ушло, – сказал Адам, наконец нарушив гнетущую тишину. Тобиас вздрогнул и пнул его по ноге. Нет, сознание он не потерял.
– Уверен, что ушло? – прошептал Тобиас со дна шкафа.
– Да сам не знаю. Я раньше ничего подобного не видел. Здоровый такой мужичище с хвостом, а ещё у него в волосах были ветки и мох! На тролля похож!
– ТРОЛЛЬ, – взвизгнул Тобиас и рывком закрыл себе рот рукой. – Тролль… Говорил же я, что это место заколдовано, – зашептал он. Ладонь, прикрывавшая губы, дрожала.
– Да быть такого не может! Тролли бывают только в сказках! – Адам с минуту подумал и продолжил: – Кстати, глаза у него были странные. Зрачки чёрные, как у нас, но вокруг оранжевый ободок, а белков вообще нет. Как у лисы или у совы.
– Ночное зрение, – прошептал Тобиас. – Лисы и совы отлично видят в темноте. Он нас легко сможет разглядеть, когда мы попробуем прокрасться к выходу. Думаешь, он бегает быстрее нас? Ну и влипли же мы. Я хочу домой.
– Не будет никаких «красться к выходу»!
– Чего? Ты что, спать, что ли, в этом шкафу собрался? А проснуться уже у этого чудилы в животе?
– Ты забыл про Тару? – спросил Адам. – Он взял её в плен, и она наверняка там, под ковром. Когда тролль уйдёт, у нас есть шанс её освободить. А если мы её сейчас бросим, то за то время, пока мы сбегаем за помощью, может произойти всё что угодно!
– Вот этого я и боялся, – вздохнул Тобиас. – А если тролль вернётся, пока мы будем внизу, то нам всем крышка! Он же преградит нам путь к выходу.
– Не думаю, – сказал Адам. – Помнишь, сколько здесь пылищи? И единственные следы у двери, которые попались нам на глаза, были наши собственные. Готов поспорить, что у тролля есть свой собственный выход из подпола. Такой, чтобы никто не видел, как он выходит на тропинку и возвращается обратно.
– А почему ж он сейчас вылез этим путём?
– Наверное, хотел убедиться, что входная дверь закрыта, или потому что услышал нас. Полы здесь старые, деревянные, скрипят ужасно, а мы тут как раз шастали туда-сюда, пока искали Тару.
– Час от часу не легче! Если он нас слышал, то сейчас уже охотится на нас!
– Может, и так, но мы можем обернуть это в свою пользу. Пора! Мы и так уже потеряли уйму времени!
Адам толкнул дверцу шкафа и аккуратно шагнул на пыльный пол.
– Тобиас, можешь покараулить у окна, пока я разберусь, как открывается люк?
Тобиас кивнул и подбежал к окну.
– Плохо видно, идёт он или нет. На улице уже сумерки, а окно немытое, – он подкрался к двери и прильнул к ней ухом. – Может быть, я услышу его шаги?
Адам отодвинул ковёр и обнаружил пришитый к нему шнурок, который исчезал в дырке в полу.
– Кажется, я понял, как тролль ухитряется сдвинуть ковёр, не касаясь его. Он тянет за эту верёвку, стоя в подполе.
