Девушка огляделась по сторонам и поежилась. Опять она одна в этом странном и пугающем сером коридоре. Облачко тумана отделилось от стены и, превратившись в длинный щупалец, поползло к ее ногам с самыми недобрыми намерениями. Катя вздрогнула, поспешно затолкала в прямоугольник свой арбалет и, набрав полную грудь воздуха, рыбкой нырнула следом.
– Ууухх, – выдохнула девушка, врезавшись головой в живот лежащего Толяна.
Тот замычал и повернулся на бок. Катя скатилась с него на пол и попыталась оглядеться. Вокруг было темно. В нос ударил противный горько-кислый запах, и она сморщилась.
– Тсссс!…
Коля сидел рядом на корточках и легонько похлопывал Толяна по щекам.
– Мы в шатре Мамая. Давай быстро вон в тот угол и делай вид, что спишь, – скомандовал он.
Катя резво поползла по коврам и шкурам туда, куда указал чейзер. Проклятый арбалет цеплялся за все, что только можно, и в угол девушка притащила за собой внушительную кучу тряпья. Коля тем временем схватил бессознательного Толяна за ноги и оттащил в другой угол шатра.
– Мама! – вдруг громко и отчетливо произнес Толян.
– Какая мама? Молчи! Ты не должен говорить по-русски, – испуганно зашептал чейзер, хлопая охранника по щекам. – Ты – Мамай!
Псевдо-Мамай снова попытался позвать маму, но Коля просто закрыл ему рот шапкой.
– Мына-мына! – слышалось возмущенное кряхтенье из-под лисьего меха.
Толян почти совсем пришел в себя, и Катя подумала, что сейчас Коле придется несладко. Охранник был в два раза толще и сильнее чейзера, но Колина подготовка, похоже, включала приемы самообороны. Резким движением он заломил Толяну руку за спину и прошипел ему в ухо:
– Давай, Толик, очнись! Я – Коля, ты – Мамай, вспомнил? Сейчас сюда придут. Ложись и притворись спящим!
С этими словами Коля осторожно убрал шапку с лица охранника. Тот помотал головой и тяжело вздохнул. Кажется, вспомнил.
В ту же секунду за стеной шатра послышался шум и стук копыт. Катя и Толян с чейзером замерли. Внезапно одна из войлочных стен отлетела в сторону, и неверный утренний свет озарил скромное убранство беклярбековского жилища – сундук, ворох одеял и деревянный ящик с укрепленным на нем зеркалом.
Снаружи раздались разноголосые крики, и внутрь шатра влетел маленький человек. Лошадь, с которой он только что соскочил, просунула свою морду следом, но кто-то тут же оттащил ее за поводья и опустил полог. В шатре снова стало темно.
Маленький человек, ослепший от внезапно наступившей темноты, дернулся в сторону и налетел на ящик с зеркалом. Если бы зеркало упало на пол, ковры смягчили бы удар, и у него был бы шанс уцелеть, но зеркало грохнулось прямо на угол сундука и разлетелось вдребезги.
"Вот это да! Все как говорила Изольда – гонец разбил зеркало…" – Катя зачарованно наблюдала за происходящим из под своего вороха тряпок.
Гонец в панике упал на пол и закрыл голову руками. Снаружи снова послышались голоса, и полог шатра взвился вверх.
Внутрь ворвались два полуголых человека с саблями наперевес. Один из них схватил гонца за шиворот и приподнял его над полом, крича что-то на непонятном языке.
Гонец болтался из стороны в сторону в его руках и подвывал. Он отчаянно жестикулировал, показывая на разбитое зеркало, потом на себя, красноречиво описывая руками, что произошло.
"Он немой!" – догадалась Катя, слушая невнятное мычание, вырывавшееся изо рта посланника.
Двое громил, потрясая саблями, поочередно орали на неуклюжего вестника, но вдруг все звуки перекрыл рёв чейзера.
– Яхшы! – гаркнул он из своего угла и добавил еще что-то на том же непонятном языке, указывая на Толяна.
Новоявленный темник, еще не до конца пришедший в себя после прицельного удара Кентавра, обвел всех мутным взглядом и икнул.
– Трым-бы-ды-дым, бы-ды-дым! – продолжал сердито разоряться Коля, наступая на стражей с саблями.
Полуголые бойцы быстренько бросили гонца на пол и почтительно отступили к выходу. Маленький посланник шустро пополз вперед, выудил откуда-то из недр своего одеяния письмо и с поклоном протянул Толяну.
Толян испуганно переводил взгляд с гонца на чейзера и обратно, не решаясь взять протянутый свиток.
– Бери и махни рукой, чтобы выметались отсюда, – сквозь зубы процедил Коля, не забыв грозно зыркнуть на татарскую стражу.
Толян медленно протянул дрожащую руку за посланием.
– Не трясись, ты тут главный, – с нажимом произнес чейзер. – Настоящий Мамай казнил этого гонца.
– Гххымм, – прокашлялся Толян, сел поудобнее и, подавшись вперед, быстро вырвал письмо из рук мужичка.
Тот мгновенно упал на колени и уткнулся лбом в пол. Охрана замерла, пожирая лже-темника глазами.
– Молодец, – одобрил Коля. – Теперь махни рукой так, чтобы они поняли, что пора сваливать, только не говори ничего. И вообще, дай понять, что ты не в духе!
Один из стражей подозрительно посмотрел на Колю и, обращаясь к обладателю красных шаровар, произнес нечто вроде: “Халамбда хыр-хыр?”, явно спрашивая, что это за фрукт тут командует.
