– Дак, ить, я ж в сердцах сказала! – старушка снова припечатала руку к столу и покачала головой, удивленная непонятливостью Кентавра.
Она грозно нахмурилась.
– Такой разор в курятнике учинить – это каково, а?
Катя согласно закивала головой и хотела было начать оправдывать и пса, и начальника охраны, но Валентина Михайловна уже продолжала свою возмущенную речь:
– Потом, понятно дело, отошла я, а их уже и след простыл.
– Ой, а Константин Сергеевич хотел отдать щенка обратно вашему племяннику, но тот уже уехал, и тогда он поручил за неё присмотреть охранникам, а они в собаках ничего не понимают, – весело затараторила Катя.
Она очень обрадовалась, что старушка переменила свое мнение.
– О-о-о-о! – бабка закатила глаза к потолку. – Моему племяннику не то что собаку, даже разведение блох доверить нельзя.
– Ну… Может, все не так плохо? Вы ведь его совсем не знаете… – примирительно произнесла девушка. – Мне показалось, что они ладили с Багирой.
– Его я не знаю, зато знаю свою сестру, – оборвала её Валентина Михайловна. – И если он действительно мой племянник, то ничего путного из него получиться не могло.
– А вы что, не уверены, что он ваш родственник? – заинтересовалась Катя.
Она вспомнила, что и Кентавр отнесся к новоявленному племяннику с подозрением.
– Посмотрим… – пожала плечами старушка после некоторого раздумья.
Неожиданно голос Валентины Михайловны потеплел.
– Он мне карточку привез. Вот, гляди…
Она достала с буфета книгу и раскрыла. Внутри лежала старая желто-серая фотография, на которой были изображены мужчина и женщина лет тридцати и три кудрявые девочки.
– Это Раиса покойная, – палец бабки ткнула в девочку постарше, потом пополз дальше. – Это я. Мне тут восемь. А это – Анька, ей почти четыре.
Валентина Михайловна тяжело вздохнула, глаза ее увлажнились.
– А это – ваши родители? – понятливо подхватила Катя.
– Кто же еще, – согласилась старушка и снова вздохнула. – Аньке когда шестнадцать стукнуло, так она, дуреха, из дому сбежала с женихом. Всегда непутевая была… Потом…
Баба Валя замолчала. На лицо ее набежала мрачная тень. Воспоминания, в которые она погрузилась, похоже, были не из приятных.
– В общем потом много чего произошло: родители умерли, я переехала в другой город… Так и потерялись мы с ней, – вздохнув, закончила она.
– Так значит, он действительно сын вашей сестры? – радостно воскликнула девушка. – Это же здорово, что они вас нашли!
Валентина Михайловна смерила её скептическим взглядом.
– Неизвестно ещё, – оборвала она восторженные восклицания. – Сейчас жулья вон сколько развелось. Что их всех – в родню записывать?
– Но ведь фотография?…
– Да мало ли где он её взял, – подозрительно сощурилась бабка. – Ты, девка, молодая ишшо, поэтому запомни – никому верить нельзя!
Она строго погрозила Кате сухим крючковатым пальцем.
– Хотя… На Аньку похож… Опять же, недоумок… – баба Валя задумчиво пожевала губами, и взгляд её снова затуманился воспоминаниями. – Похож…
– Надо всегда надеяться на лучшее, – убежденно возразила девушка. – Видите, он вам собаку привез, потому что вы их любите. Хотел вам приятное сделать.
– А он подумал чем я кормить эту собаку буду? – старушка быстро вернулась в настоящее время. – Знаешь сколько этот телёнок ест? А у меня пенсия – курам на смех.
– Ой, Валентина Михайловна, у меня идея! – радостно подпрыгнула Катя. – А давайте вы Багиру будете на время одалживать охране. Они же поселок охраняют, а с ней еще лучше охранять будут. А за это они её на довольствие возьмут, как служебную собаку, а?
Про себя она подумала, что Толян в обходах с Багирой участвовать вряд ли согласится, но может, остальным такая мысль понравится? Потом она вспомнила Кентавра в перьях и курином помете, и сразу же пожалела о своем предложении, но было поздно. Валентина Михайловна на секунду задумалась и согласно кивнула головой, словно вопрос был уже решен.
– Только кормить буду сама, они пусть деньги дают, – она воинственно вздернула подбородок. – А то накормят щенка всякой дрянью, знаю я их. Продукты привозить будут по списку!
Катя поспешно встала из-за стола, проклиная себя за болтливость. Она уже представила себе, как грозная баба Валя атакует Кентавра со списком еды для Багиры. Надо хоть предупредить его, что ли…
– Я, пожалуй, пойду, – озабоченно сказала она, осторожно перешагивая через спящую у порога собаку. – До свидания.
Багира лениво приоткрыла глаза и проводила девушку хитрым взглядом.
– Бывай, – коротко, по-мужски, ответила старушка, отвернулась и занялась грязной посудой.
Катя выскочила на крыльцо. День близился к вечеру. С гор дул свежий ветер, унося мелкие тучки на запад, где заходящее солнце подхватывало их своими оранжевыми лучами и превращало в маленькие пушистые клочки пламени.
"Сейчас сказать Кентавру про продукты для Багиры или подождать до завтра?" – размышляла девушка, направляясь к дому.
Отложить неприятную миссию на завтра было заманчиво, но как-то неправильно.
"Нет, лучше сразу,” – отважно решила она и направилась прямиком к соседней даче, где обитала служба охраны.
