Все присутствующие были ошеломлены больше, чем сам Пэк Дохён, получивший выговор. Впервые они видели Пэк Сончхоля таким разгневанным. Он в первый раз поднял руку на сына – и тот лишь дрожал, покраснев и в замешательстве глядя на отца.
Когда Пэк Сончхоль общался с отдельными рабочими, он всегда был любезен и учтив, всегда внимательно выслушивал их и каждый раз, когда навещал, выделял деньги на корпоративные обеды. Однако когда дело касалось их как целого, подход был совершенно иным. Для него они переставали быть индивидуумами и становились одной массой – профсоюзом. Для него эта масса была как раковая опухоль, мешавшая росту и развитию компании.
Таково было отношение руководства всех компаний, которые предпочли медленному развитию быстрый рост. Ради него они преодолели многочисленные трудности и ставили на кон всё, что и сформировало их систему ценностей и стиль ведения бизнеса – если потребовалось бы, они могли отрубить руки и ноги компании, избавиться от ненужных частей. И сейчас наступил решающий момент – как решить эту проблему?
Пэк Сончхоль вызвал руководителя юридического отдела. Пока он ждал, его гнев не утихал.
– Где вы видели такого владельца, как я? Где еще есть председатель, который так хорошо относится к рабочим? А они мне – нож в спину! Все на меня стаей… Хотят разрушить все, что я так долго и упорно строил?
В душе Пэк Сончхоля бушевал еще более сильный гнев. Когда начинают расти сорняки, они быстро распространяются, разрушая все вокруг. Они не знают меры. «Как глава огромной корпорации, я должен был вырвать и уничтожить все эти сорняки, чтобы верные и усердные сотрудники, которые спокойно делают свою работу, не пострадали. Ради таких простых работников я должен продемонстрировать свои намерения на деле».
Срочно вызванный глава юридического отдела стоял перед Пэк Сончхолем, не смея поднять головы. Председатель сжал кулак. Когда он потребовал от него предоставить ему выход из ситуации, тот передал ему заранее подготовленные материалы.
– Мы уже подготовили план действий на подобный случай.
– И что ты предлагаешь делать? – резко спросил Пэк Сончхоль, обратившись к нему «ты», что также было ему несвойственно.
– Мы рассчитаем компенсацию убытков в зависимости от числа дней простоя производства и потребуем ее возмещения не с профсоюза, а с отдельных работников. В зависимости от продолжительности забастовки сумма может измениться, но, согласно нашим расчетам, сумма компенсации, взыскиваемая с каждого работника, составит около семидесяти миллиардов.
Юрист объяснил, откуда получалась такая сумма.
«Это невозможно», – едва не вырвалось у Чон Гымхи. Она еле сдержала свои мысли. К убыткам от остановки производства они прибавили ожидаемые доходы, не полученные из-за забастовки, а также репутационные издержки, приплюсовав к ним еще и компенсации за распространение клеветы.
«Явно никто из этих работников не будет способен выплатить эту сумму – они просто будут сломлены, каждый поодиночке».
Чон Гымхи внутренне покачала головой, думая, что этот юрист, выпускник Гарварда, явно профессионал в подавлении бесправных рабочих. Пэк Сончхоль же, напротив, кивнул в знак одобрения. Он заявил, что выслушает все более подробно, и направился вместе с юристом в офис.
И это – будущее компании? Она вздохнула. Нельзя этого допустить. Такие действия могут привести к быстрому росту, но не к развитию в долгосрочной перспективе. Для уверенного будущего компании нужно научиться шагать всем вместе – только тогда можно будет добиться прочного фундамента. Чтобы остаться уважаемой компанией среди граждан страны, нужно меняться.
С этими соображениями сложно было достучаться до Пэк Сончхоля – он положил начало этой компании, построил ее с нуля. Значит, придется всем заняться его преемнику – то есть ей, так она считала. Ее стиль управления будет сильно отличаться от нынешнего.
Теперь стало ясно, что нужно делать. Она должна укрепить свои позиции, чтобы в будущем занять место Пэк Сончхоля. Чон Гымхи считала это своим призванием.
– Мама…
– Ах, да, Дохён, что такое?
Пэк Дохён выглядел подавленным, его брови были опущены. Первый раз отец поставил его на место и в лицо сказал ему, что тот бесполезен. Он снова осознал, что отец выгонит его со всех постов без колебания, если посчитает это необходимым. В то же время Дохён понял, что проект с курортом в Янъяне был его последней надеждой, спасительной ниточкой. Ему нужно было что-то, чтобы вернуть утерянное расположение отца. Но сейчас одному ему это не под силу. Если б он предложил взять на себя управление курортом, отец вряд ли с радостью передал бы его на блюдечке с голубой каемочкой. Ему нужна была Чон Гымхи.
– Недавно я был на свадьбе друга, помните?
– А? Что за свадьба?
Ах да, свадьба наследника компании, которая занимает 30-е место в рейтинге крупнейших финансовых корпораций… Свадьба прошла на роскошном океанском лайнере.
– Свадьба была на лайнере неподалеку от острова Чеджу, и вечеринка была как раз в самом разгаре…
