Сначала Ким Ынсун работала секретарем главы корпорации, а затем вышла замуж за его сына. Ее муж, наследник бизнеса, не имел ни интереса, ни таланта к управлению бизнесом. Когда их сыну исполнилось десять лет, Ким Ынсун выгнала мужа со всех постов (кстати, позже он стал инвалидом после внезапного несчастного случая и десять лет провел в коме, пока не умер) и взяла на себя руководство. Она подняла корпорацию, которая раньше едва попадала в тридцатку крупнейших, до нынешней позиции. А год назад передала управление сыну, сама отошла в тень и стала заниматься фондами. Она также являлась владельцем курорта «Солаз».
Когда-то Ынсун была легендой Академии, но, как и многие люди, которые всю жизнь отчаянно боролись за место под солнцем, сейчас, что называется, ушла на покой – и просто пассивно следила за развитием событий.
Даже такая влиятельная фигура, как Ким Ынсун, не могла перечить ректорше. Если бы Чон Ихва решила использовать всю имеющуюся у нее информацию, она могла бы разрушить корпорацию за один день, обрушить акции и поставить Ким Ынсун на колени. Именно поэтому та и другие члены совета Академии с уважением относились к Чон Ихва, несмотря на их попытки ее контролировать. Ким Ынсун отлично понимала, что Чон Ихва знала о ней все.
На то, что Ким Ынсун назвала ее «вашей ректоршей» прямо в ее присутствии, тоже была причина. Хотя Чон Ихва действительно была главой Академии для Чон Гымхи, она не являлась таковой для Ким Ынсун – в былые годы пост, конечно, занимала другая женщина.
Чон Ихва поступила в Академию спустя несколько лет после того, как Ким Ынсун закончила ее. Она работала бухгалтером в одной компании, влюбилась в сына владельца, родила от него мальчика, но вскоре ребенка забрали, а ее выгнали на улицу – после этого она и оказалась в Академии; по крайней мере, так все говорили. А еще говорили, что, став ректором, она разрушила семью, из которой ее выгнали, одним щелчком пальцев.
– Какой же еще может быть лучший стимул для наших учеников, чем возможность встретиться с их предшественниками? Поэтому я и попросила вас об этом, – ответила Чон Ихва, войдя в кабинет. Она говорила вежливо, мягким тоном, но взгляд ее был холодным.
Члены совета поприветствовали ее. Чон Ихва была тем человеком, у которого на руках была информация обо всей их подноготной, – с ней лучше было не ссориться. Но все они в душе думали: «Попадись только на чем-нибудь, и увидишь, что будет». В отличие от предыдущего ректора, Чон Ихва часто предъявляла им практически невыполнимые условия.
Академия приобрела свой нынешний облик именно после того, как ее возглавила Чон Ихва. Когда Ким Ынсун занималась строительством курорта «Солаз», Чон Ихва потребовала выделить Академии земельный участок в окрестностях курорта и профинансировать перенос заведения из укромного места в западной части Сеула – на это ушли несколько сотен миллиардов.
Чон Ихва кардинально отличалась от своей предшественницы. Заняв пост, что как раз пришлось на миллениум, она изменила систему управления Академией, выстраиваемую ее предшественницами, на 180 градусов. Изначально Академия гордилась своей историей и традициями. Как это было продемонстрировано в музее, Академия была тайной организацией, созданной и действовавшей по указу императора Коджона. С тех пор она использовала информацию, поставляемую учениками, для выполнения своих задач.
Целью, которую поставила перед собой Чон Ихва, было сделать Академию совершенной информационной платформой. Местом, куда будут стекаться все данные. Для достижения этой цели она использовала учеников.
Любовь и преданность Академии – главное, что поможет сохранить ее существование в секрете и уверенно продолжать дело? Только не для Чон Ихва. Чтобы Академия выжила, требуются не эмоции, которые невозможно измерить, а постоянный контроль, достижения и непреклонная решимость всегда быть впереди, несмотря ни на какие жертвы. Для этого нужно делать учеников сильными. Она верила, что опора на чувства или какие-то там добрые устремления ни к чему не приведет.
Азиатский финансовый кризис конца 90-х годов тоже не прошел бесследно для Академии – Чон Ихва считала его переломным моментом. Это было время, когда в Академию поступили самые талантливые ученики за всю ее историю. Многие семьи рушились из-за долгов, а оставшиеся сиротами ученики приобрели мощный инстинкт выживания. Их интересы уже не были связаны с вопросами свободы или справедливости. Эти проблемы перестали их касаться. Единственным вопросом оставалось выживание. Только выжить. Это было единственное оправдание, единственная цель, крупнейшая задача, стоящая перед всеми. Ученики, поступившие сюда в этот период, учились рискуя жизнью, с невероятной решимостью. Именно тогда сформировались нынешние порядки Академии. С тех пор она стала еще более строгой, более жестокой и безжалостной.
