На момент выпуска из Академии Чон Ихва была не первой, а второй – поэтому выпуститься не могла. Но тогда как вдруг она стала ректором? Это до сих пор оставалось покрыто тайной. Чон Ихва сама объявила себя новой ректоршей, а ее предшественницы и след простыл. Ходили слухи, что она заперта в психиатрической больнице на далеком морском побережье, и даже говорили, что Чон Ихва своими руками ее убила.
Старые выпускники, включая Ким Ынсун, окончившие Академию до занятия Чон Ихва поста ректора, считали, что она разрушила репутацию заведения, выстраиваемую в течение многих лет. Конечно, они хотели повернуть время вспять и вернуть Академии ее прежний облик, но при этом прекрасно понимали, что действовать поспешно нельзя. Как Чон Ихва смогла так быстро захватить контроль? Пока эта загадка не будет раскрыта, нельзя недооценивать Чон Ихва – кто знает, насколько велика ее скрытая сила…
Ким Ынсун обратилась к Чон Ихва:
– С возрастом становится тяжело ездить туда-сюда. Тебе сложно понять, ты-то еще молода.
Чон Ихва было чуть за шестьдесят.
– Что вы, молода… Я каждое утро начинаю с приема целой аптечки – от боли в суставах, от… да чего там только нет! – шутливо возразила Чон Ихва.
Ким Ынсун слегка улыбнулась. Несмотря на то, что у каждой из них за спиной были спрятаны ножи, готовые вонзиться в противницу, на лицах играли улыбки, излучающие напускную любезность.
– Ну что ж, давайте начнем собрание, – сказала Ким Ынсун, и заседание совета было открыто. – Как все уже знают, повестка дня – сбор средств на создание открытого университета.
Не успели они начать обсуждение, как тихо открылась дверь и кто-то вошел. Кто-то, кто мог спокойно позволить себе заходить в кабинет ректора тайной Академии, да еще и во время заседания совета. Никто не был удивлен его появлению. Это был Ли Джинук. Бесшумно войдя, он без слов поставил на столы перед членами совета напитки: кому кофе, кому легкое шампанское. Джинук в точности знал вкусы всех присутствующих.
– Все уже достаточно хорошо знакомы с ситуацией, так что без лишних предисловий предлагаю обсудить наши дальнейшие действия. Для вас войти в состав совета нового университета кажется не таким уж плохим исходом. На этот раз – не в подземелье, а в Сеуле, все официально и чисто. Звучит неплохо ведь?
Совет традиционно собирался, чтобы решить будущее направление развития Академии. Но теперь их общей целью стало уничтожение самой Академии и Чон Ихва. Совет стал единым и был готов действовать. Однако скорость исполнения плана не соответствовала словам. Они были группировкой, где каждый делился с другим тайнами про третьего, создавая систему противовесов. Но если каждый из них обладал устрашающим оружием в виде букета секретов, то Чон Ихва держала в руках ядерную бомбу, грозящую сразу всем им.
Об учреждении университета они узнали от Ли Джинука, тени и голоса Чон Ихва. После этого тайно собрались обменяться мнениями. На встрече, организованной Ким Ынсун, Чон Гымхи настоятельно предложила убрать нынешнюю ректоршу. Только так они могли выжить. Сейчас, когда все уже достигли всего, что хотели, и оказались на вершине, Чон Ихва была для них занозой в пальце. К тому же ее требования становились все более абсурдными.
– Не лучше ли просто ее устранить?
Столкнуться в открытой конфронтации было невозможно – к такому заключению они пришли. Чон Гымхи было нечего возразить.
– Тогда давайте попробуем классический тихий метод…
Ким Ынсун сделала знак глазами, и члены совета обратились к бутончикам, расставленным перед ними. Они нажали на маленькие кнопки под ними. Бутончики раскрылись, и распустились прекрасные цветы сливы.
Если цветок сливы распустится, это голос «за», если нет – «против». Таков был старинный способ голосования совета. Сейчас на столе не оказалось ни единого нераспустившегося цветка. Единогласно. Исполнение поручили Чон Гымхи.
Через некоторое время после этого собрания Ли Джинук посетил каждого члена совета по очереди. Он сообщил, что сумма, необходимая для создания университета, была увеличена с 500 до 600 миллиардов. И оставил маленькую флэшку в форме цветка сливы. На ней был единственный файл – видео. Съемка поварихи Академии с выражением ужаса на лице. Той самой женщины, которая получила от совета указание подсыпать яд в еду Чон Ихва. На видео были запечатлены ее последние слова, последние минуты ее жизни.
– Пощадите… умоляю…
Собираясь уходить от Чон Гымхи, Ли Джинук развернулся. Она с безразличным выражением лица посмотрела на него.
– Госпожа ректор просит вас принять участие в праздновании дня основания Академии. Было бы хорошо, если б в этот день также прошло собрание совета.
– Ты… – Чон Гымхи остановила Ли Джинука, который уже собирался уйти. – Ты ведь понимаешь?
Ли Джинук просто молча посмотрел на нее. Он не сказал ни слова, не стал спрашивать, что она имела в виду, и не ответил на ее вопрос. Он мог и понять вопрос, и знать ответ на него, но ему было все равно.
