Тайная наследница полностью

Сибил повернулась и посмотрела на ворота.

Бидди заметила на стене табличку, скрытую под разросшимся плющом. Девушка отодвинула побеги и прочитала: Константин-холл.

Она нахмурилась и отмахнулась от мысли, не до конца сформировавшейся у нее в голове.

Сибил стояла рядом с Бидди на крыльце у входа в здание. Рука ее потянулась к шнурку колокольчика, но затем нерешительно застыла в воздухе…

— Что такое? — удивленно спросила Бидди.

— Я должна тебе кое в чем признаться, — прошептала Сибил.

Бидди взглянула на нее. На Сибил лица не было. Ей явно было плохо, и дело было не столько в физическом недомогании, сколько в ужасном эмоциональном бремени, лежащем у нее на плечах.

Бидди ожидала такого поворота и была рада, что подруга наконец решила ей довериться.

— Не надо, — тихо произнесла она, беря Сибил за руку. — Я уже все знаю.

У Сибил от удивления приоткрылся рот. Бидди кивнула, лукаво улыбаясь.

— Знаешь? — недоверчиво переспросила Сибил.

Обе они понимали, что мисс Гарфилд сейчас не сводит с них глаз, наблюдая через ворота с улицы.

— Конечно, знаю, — сказала Бидди. — Я была бы никудышней компаньонкой, если бы к этому времени ни о чем не догадалась.

На глазах Сибил выступили слезы.

— Ах, Бидди… но… но… Что ты обо мне думаешь?

На ее лице отразился стыд.

— Сибил! Времена ханжеской морали остались в прошлом, — твердо заявила Бидди. — Бедная королева Виктория покоится в своей могиле, а вместе с ней забыто все, на что она соизволяла хмуриться. Мы живем в замечательном новом столетии, которое принадлежит таким девушкам, как я и ты. С какой стати стыдиться того, что у тебя есть красивый молодой человек?

По щеке Сибил покатилась слезинка. Девушка покачала головой.

— Нет… нет…

— Да, да.

Помня о мисс Гарфилд, Бидди торопливо протянула подруге носовой платок. Компаньонка почувствовала, что должна поскорее найти подходящие слова, подбодрить Сибил и побыстрее войти в эту дверь.

— Джим очень достойный молодой человек. Его профессия востребована. Я была не права, когда сказала, что у него зубы как у зайца. И, разумеется, он очень тебя любит. Это бросается в глаза.

— Ах, Бидди, — прошептала Сибил, — дело не в этом…

— Не волнуйся, я не проболтаюсь. Мы с тобой прекрасно сможем устроиться в замечательном двадцатом веке, но я не настолько глупа, чтобы думать, будто Маргарет Грегори придерживается таких же взглядов, как и мы.

Бидди подмигнула подруге, но та лишь растерянно оглянулась назад.

— Перестань, Сибил! — взмолилась Бидди. — Мы с тобой непревзойденные лгуньи и сможем придумать что угодно! Надо только не зевать. Распустим паруса, поднимем флаги и у всех на виду поплывем туда, куда нам надо. Никому даже в голову не придет, что у тебя есть тайный возлюбленный.

— Ты не понимаешь… — возразила Сибил.

— А что тут понимать? Несколько поцелуев в высокой траве, — рассмеялась Бидди. — Как по мне, это просто рай.

Она подумала о Льюисе, который стоял за каменной оградой, сворачивая самокрутку.

— Я беременна, — сказала Сибил.

Бидди замерла.

— Я беременна, — повторила ее подруга. — Ребенок от Джима. Никто об этом пока не догадался, даже Джим. Но вскоре все узнают о моей беременности, возможно, сегодня же. Как я смогу скрыть правду, когда войду сюда и встречусь с Маргарет Грегори?

Бидди еще ни разу в жизни не испытывала такой растерянности и не нашлась, что ответить. Лично она ничего не замечала. Просто она была несведуща в этих вопросах.

— Впрочем, у меня нет выбора. Я должна сюда войти. — Рука Сибил потянулась к колокольчику. — Бидди, ты настоящая подруга. Я не заслуживаю твоей преданности.

Сердце Бидди забилось чаще.

— Подожди…

Она посмотрела на Сибил, вложив в свой взгляд всю любовь, на которую была способна.

— Это не конец, — прошептала Бидди, — по крайней мере, еще не конец. Все, что нам надо, — пережить эту встречу. Верно? Надо думать о завтрашнем дне, о завтрашнем.

Она взяла Сибил за руки.

— Верно? — повторила Бидди.

— Ах… Бидди, — прошептала Сибил.

Видно было, что она на все согласна.

— Хорошо, — сказала компаньонка.

Она потянулась к звонку и дернула за шнурок.

— У меня есть одна идея…

Мистер Гораций Кларкенвелл страдал подагрой. Когда горничная Полли доложила, что к нему пришли посетители, он из-за боли в колене прослушал имя.

— Это молодая женщина, сэр, с компаньонкой.

Сидя у себя в кабинете, мистер Кларкенвелл через приоткрытую дверь видел Бидди, ожидающую в коридоре. Он махнул Полли рукой.

— Приглашай.

Горничная вернулась к Бидди и сказала:

— Он ждет вас.

Полли ввела девушку в кабинет. Тучный владелец Константин-холла взирал на полупустой графин с портвейном, стоящий на столе.

— Вот эта молодая леди, сэр, — сказала Полли.

Мистер Кларкенвелл налил себе в стакан изрядную порцию портвейна. Его рука дрогнула, и немного вина выплеснулось на столешницу. Горничная бросилась вытирать лужицу тряпкой, но Кларкенвелла это только раздосадовало.

— Довольно. Хватит.

Боль снова резанула ему колено, и старик принялся растирать его ладонью.

Поклонившись, горничная удалилась.