— Эй! Что с тобой? Ты вся скуксилась и плачешь, Бидди. Не стоит так расстраиваться, — подходя к ней, сказал Льюис.
Бидди постаралась ответить ему, но не смогла произнести ничего членораздельного. Она продолжала рыдать до тех пор, пока сильная загорелая рука не взяла ее за плечо. Льюис подвел девушку к стулу и слегка подтолкнул ее, чтобы она присела.
— Ты горюешь по своему другу преподобному? — предположил Льюис. — Я так полагаю, он уже не с нами? Ну… это очень грустно… Ты хорошо поступаешь, оплакивая кончину доброго друга, но, Бидди, его время пришло. И этого ничем не исправишь.
Слезы Бидди высохли. Она озадаченно посмотрела на молодого человека.
— Я тоже скорблю о кончине твоего друга преподобного, — продолжал Льюис.
Бидди вдруг вспомнила, что написала в записке, которую оставила для него в лачуге, когда собиралась возвращаться в Мельбурн.
— Да… да… Ничего нельзя было поделать.
— Если бы я был благочестивым прихожанином, то помолился бы за него, — сочувственно произнес Льюис, — но, полагаю, еще при жизни преподобный достаточно истово молился Всевышнему, и тот уже давно имел возможность составить о нем свое мнение.
Бидди едва не улыбнулась, но решила не выдавать себя.
— Он был хорошим человеком, — согласилась она, — поэтому без задержек отправился прямиком на небо.
Девушка нашла носовой платок и промокнула слезы.
— Это не значит, что ты не будешь оплакивать его до тех пор, пока сама там не очутишься, — сделал Льюис довольно рискованное замечание. — Я много ревел в свое время, оплакивая все свои потери… а их было немало…
Бидди взглянула на него другими глазами.
— Значит, ты вернулась в Саммерсби?
Девушка кивнула, пытаясь придумать нечто правдоподобное.
— Здесь все так добры ко мне…
— Это хороший дом.
— Я очень вам признательна, мистер Фитцуотер, — произнесла Бидди. Ее переполняли эмоции. — Все обернулось наилучшим для меня образом.
— Ты обращаешься ко мне «мистер»? Разве я не говорил, что меня зовут Льюис?
Бидди улыбнулась ему, но потом вспомнила Джима и данное Сибил обещание, и ее улыбка увяла.
— За едой пришел, брат? — раздался мужской голос у них за спиной.
Бидди покачнулась. Джим стоял на нижней ступеньке служебной лестницы и улыбался. Вот только было заметно, что он напряжен. В его взгляде читалась неуверенность.
Льюис сразу же выпрямился с таким видом, словно его поймали на горячем.
— Это Бидди, — произнес он. — Она готовит здесь еду.
Бидди переводила взгляд с одного на другого.
— А это Джим, — продолжал Льюис. — Он приходится мне кузеном, работает тут телеграфистом.
Девушка почувствовала сухость во рту.
— Бидди, значит, — подмигнув, сказал Джим. — Ну, ты у нас тот еще красавец, Лью…
— Попридержи свой острый язык, — сказал Льюис. — Бидди пережила тяжелую утрату.
Услышав об этом, Джим искренне смутился.
— Я ни о чем не догадывался… Скорблю вместе с вами.
— Я не обиделась, — произнесла Бидди, сузив глаза и глядя на Джима.
Его взгляд светился сочувствием, однако по-прежнему был настороженным. Похоже, Джим предпочитал, чтобы его двоюродный брат думал, будто бы они с Бидди незнакомы.
Льюис вновь повернулся к девушке.
— Джим — единственный близкий мне человек. Он один остался у меня в этом мире, а я — у него. Такова уж жизнь.
— Приятно познакомиться, — тщательно подбирая слова, произнесла Бидди.
Джим протянул ей руку. У девушки не было иного выхода — ей пришлось ответить рукопожатием. Его ладонь была теплой.
Миссис Маршал вошла в кухню через обитую сукном дверь. Все трое отскочили друг от друга, словно чего-то устыдились.
— Сегодня что, какой-то праздник? — спросила экономка.
— Нет, миссис Маршал, — первой заговорила Бидди. — Мне кажется, Льюис пришел пообедать…
— Льюис, подожди снаружи, — приказала экономка. — Я не потерплю твою запыленную одежду у себя на кухне.
Молодой человек поспешно направился к выходу.
— До свиданья, Бидди, — подмигнув, сказал он.
— А я, возможно, еще увижусь с тобой сегодня, — беспечно произнес Джим, стоя на ступеньках лестницы.
Бидди заставила себя не смотреть в его сторону, пока он поднимался в телеграфную комнату.
— Бидди, — произнесла миссис Маршал. — Я еду по делам. Составишь мне компанию?
Был конец января, и предстоящий день обещал быть теплее, чем обычно.
— В Кастлмейн, миссис Маршал?
— В деревню Саммерсби, — ответила экономка. — Я смогу найти там все, что мне нужно.
Перед ней на столе лежала посылка, которую она перевязывала бечевкой.
— Хорошо, миссис Маршал. Я схожу за шляпкой и перчатками.
Бидди ликовала. Она побывала на окраине маленькой деревушки, когда жила в хижине, но не осмелилась ступить на главную улицу, опасаясь, что ее увидят, начнутся пересуды, а потом ее найдут. Издалека деревня Саммерсби казалась премиленькой. Бидди заметила там несколько небольших лавок и что-то вроде таверны. Ей хотелось увидеть все это с близкого расстояния. А еще девушка надеялась, что посещение деревни даст ей в руки ключ, который поможет в ее поисках.
Когда Бидди вернулась на кухню, миссис Маршал стояла у двери, ведущей во двор.
— Она пришла! — завидев девушку, крикнула кому-то экономка. — Мы готовы!
