Егор смог, наконец, встать на сухую упругую кочку, он потоптался на ней для уверенности и, подняв глаза, инстинктивно отшатнулся назад. Обнажённое женское тело находилось в прямом положении, потому что руки девушки были переброшены через перекладину палки, прибитой к вертикально идущей деревяшке, стоявшей на дне лодки, а голова была примотана проволокой к следующей палке, и уже под тонкую железную леску были продеты длинные ветви, смотревшиеся как жуткое украшение на голове мёртвой девушки.
— Что там, Егор?! — крикнул Кадарий.
— Ничего хорошего, — отмахнулся Егор.
Раздумывая, как бы поближе подобраться и рассмотреть лицо жертвы, но при этом не испортить картину перста происшествия, Егор наклонился и увидел посеревшую кожу под веками, впалые щёки и приоткрытые посиневшие губы с запёкшейся кровью.
— Помогите, — вдруг вместе с порывом ветра вылетело изо рта девушки, и её веки несильно дрогнули.
— Ох, ты ж, — от неожиданности охнул Егор и, оступившись, полетел в холодную воду реки. — Да твою ж! — отплёвываясь, заорал Малинин, выбираясь на берег. — Кадарий, вызывай вертолёт спасателей, она жива.
Егор, скинув в момент напитавшийся водой пуховик, оббежал лодку и вместе с подоспевшим Юргинаем рванул её на берег.
— Тёплое что-то несите быстрее! — крикнул Егор застывшим женщинам, и те разбежались в разные стороны. Соня по камням поскакала к ним, снимая с себя куртку, а Айнана побежала к сторожке за свитерами, носками и одеялами.
Егор прыгнул в лодку, быстро нащупал крепкий узел проволоки и, аккуратно разматывая его, содрогнулся, когда услышал, с каким чавкающим звуком железо рассталось с кожей девушки, с которой буквально сроднилось. Малинин, придерживая голову, снял руки жертвы с перекладины и, подхватив её на руки, шагнул на землю, пока остальные держали судно, чтобы оно не качалось. Соня накинула на девушку куртку, засунула ледяные ладошки в свою шапку и с ужасом смотрела на рассечённую кожу головы, пока Егор широким шагом шёл наверх к домику.
— У тебя натоплено? — тяжело дыша спросил он егеря.
— Конечно, — Кадарий открыл дверь.
Егор быстро прошёл в дом, уложил девушку на кровать, а Софья, поискав глазами одеяло, укрыла её и сказала: — Нужно руки растирать и ноги, чтобы кровь равномерно расходилась. Когда врачи будут?
— Спасатели уже в пути, а врачи в больнице ждут, — хрипло сказал Кадарий. — Егор, ночью ни одна собака не проснулась. Это так не бывает, они зверя задолго чуют, а Айнана сказала, что ночью кто-то ходил.
— Давай в больницу её отправим и подробно обо всём поговорим, — сказал Егор. — Там в поле сядет вертолёт? — Малинин показал в окно на пятно, свободное от деревьев.
— Да, он небольшой, там нормально. Но она одна туда влезет, ты на машине езжай, если за ней надо ехать.
— Я понял.
Вскоре, уложив несчастную на носилки, Егор с Юргинаем помогли донести девушку до вертолёта и, погрузив её, пошли обратно к избушке.
— Я позвонил ребятам, возле неё будут дежурить, а я пока лодку осмотрю. Нужно её как-то на берег вытащить и к избушке принести, чтобы не спёр никто, и она до криминалистов дожила.
— Сделаем, — покивал Кадарий, — она не тяжёлая, дотащим. Егор, ты весь продрогший, снимай всё с себя, я тебе смену дам, потом своё заберёшь. А мы пока кофе попьём, колобо съедим с рыбой. Айнана, — крикнул егерь, — сделай гостям еду и принеси сухие вещи. Айнана, ты уснула там, что ли? — спросил мужчина. — Юргинай, где жена твоя?
— Она в дом пошла, я не видел её потом, — с улицы отозвался молодой человек. — Может, на чердаке? Там вещи тёплые искала.
— Я выйду на улицу, — сказала Софья, подумав, что вид голого Малинина точно не даст ей никаких положительных эмоций, кроме очередных душевных терзаний.
— Егор, снимай, снимай одежду, — подбодрил его Кадарий, — сам принесу тебе сменку.
Вскоре Малинин переоделся, сделал большой глоток сладкого кофе и, откусив пресную лепешку, стал усилено работать челюстями, думая о том, что же здесь произошло. С улицы послышался громкий крик Софьи, Егор вскочил с места, понёсся в ту сторону, откуда шёл голос, и увидел, что Соня стоит чуть поодаль в лесу и что-то держит в руках.
— Это что? — подбегая, спросил Малинин.
— Заколка девушки… — Соня задумалась. — Айнаны. Она точно на ней была. В виде гребня, я помню.
— Это точно её, — с тревогой посмотрел на Малинина подбежавший на крик Юргинай. — Кадарий, нет на чердаке Айнаны?
— Нет, нигде, — озабоченно сказал пожилой мужчина. — Что это такое? Куда она могла пойти? Может, к озеру с вещами пошла, но мы бы встретились.
Малинин напряжённо оглядывал окрестности, пока не заметил на одном из кустарников обрывки ниток.
— На ней был свитер светлый?
— Меховушка белая была, — сказал Юргинай. — Точно по тропе вниз пошла. Кадарий, неси ружья, нужно в лес идти. Она туда направилась, вон ещё валяется платок, — он рысью кинулся дальше под горку. — Куда она могла пойти?
