Вскоре, выйдя на улицу, она вдохнула полной грудью морозный воздух, посмотрела на бледную синеву неба и зашагала в направлении кафе, которое ей посоветовали. Идти было недалеко, поэтому Софья решила прогуляться и выветрить из головы остатки беспричинной тревоги. Войдя в милый простенький зальчик, она оглядела немногочисленную публику, сняла куртку и присела возле большого витринного окна.
— Здравствуйте, — к Соне почти сразу подошла высокая беловолосая девица с низким грудным голосом. — Вам бизнес или по меню что-нибудь?
— А можно глянуть то и то? — попросила Софья.
— Конечно. Минутку.
Девушка отошла, дверь с улицы снова открылась, и официантка приветливо проговорила:
— Здравствуйте, Егор Николаевич. Сегодня что-то рано, ваш столик занят.
— Привет, Настюш. Не страшно, за другой сяду. Дел много, потом, боюсь, не успею на обед заскочить.
Софья обернулась на звук знакомого голоса, и ей показалось, что в пространстве что-то сломалось, и в её жизнь моментально вернулось прошлое. А Малинин, споткнувшись взглядом об одиноко сидящую возле окна Соню, даже остановился, потому что его картина мира тоже немного поплыла, и он подумал, что так не бывает, ну или это какой-то очень подлый расклад судьбы.
— Привет, — севшим с хрипотцой голосом сказал Малинин и, откашлявшись, подошёл поближе. — Откуда ты здесь?
— Здравствуй, Егор. Я по делу, — не сводя взгляд с застывшего мужчины, сказала Софья. — А ты?
— А я здесь уже около года работаю, — Малинин подошёл поближе. — Я присяду, раз уж ты заняла мой столик? — попытался пошутить он.
— Да, конечно. Какая-то совсем странная встреча, — Софья пожала плечами. — Мне казалось, я прилетела на самый край земли.
— Ну да, тут ты не ошиблась, — выдохнул Малинин. — И, наверное, ты в командировку по вашим волшебным делам?
— Примерно, — покивала Соня. — Но не беспокойся, у меня здесь совсем другие задачи, и с твоими расследованиями я вряд ли буду пересекаться.
— Ага, конечно, — саркастически заметил Малинин. — Если уж мы с тобой умудрились прийти в одно кафе в богом забытом городке и присесть за один столик, то об остальном точно можно не волноваться. Хотя здесь мои дела не граничат со сверхъестественным. Ну разве только никак не могу понять, кто бельё у Степаниды свистнул с верёвки во дворе, — сказал Егор и почувствовал, как внутри предательски потеплело.
Он давно не видел Софью, он старался о ней не думать, и он не хотел вообще вспоминать свою прошлую жизнь, в которой окончательно запутался. И в какой-то степени он был благодарен Марычеву за эту ссылку: здесь некогда было думать о романтике, все мысли крутились вокруг незамысловатой работы и чего-то тёплого, потому что здесь почти всегда было адски холодно.
— Как ты здесь оказался? — спросила Соня.
— Пути вышестоящего начальства неисповедимы, — пространно отозвался Малинин. — Я здесь в ссылке, но мне уже почти нравится.
— Понятно. А мне в гостинице посоветовали сюда прийти. Говорят, вкусно кормят, а то за три прошедшие дня, я так и не поела по-человечески.
— Ты здесь уже три дня? — удивился Малинин.
— Да и даже успела побывать в местной больнице, — Соня показала на руку. — Упала в аэропорту.
— Почти каждая наша встреча начинается с твоего падения, — неудачно пошутил Малинин и покивал официантке, поставившей перед ним тарелку наваристого огнедышащего борща. — Спасибо, Настюша.
— Вы что будете? — скривив губы, спросила официантка у Софьи.
— Тоже борща хочу, — Соня носом потянула ароматные струйки, вившиеся над тарелкой. — Сто лет не ела.
— А выглядите гораздо моложе, чем на сто лет, — пробормотала обслуживающая их девушка и быстро ретировалась.
— Что, господин Малинин, продолжаете разбивать женские сердца? — тихо спросила Софья, которую развеселила ревность официантки.
— Да куда уж мне, — махнул рукой Малинин. — Я когда сюда приехал, вообще не понимал, как здесь люди живут, не то что строят планы, например, или разбивают сердца. Но сейчас вроде обвыкся немного. Ты здесь надолго?
— Не знаю, — Соня пожала плечами. — Как пойдёт.
Неловкий разговор не клеился, Малинин старался придумывать темы, но Соня отвечала односложно, ковырялась ложкой в принесённом супе и явно не хотела продолжения беседы. Егор, наконец, выдохся, немного помолчал и вдруг напрямую спросил:
— Соня, мы можем нормально общаться? Ну вот без этой вот, — он скривил мину, — лживой вежливости.
— Я тебя не совсем понимаю, — холодно заметила Софья, которая вдруг поняла, что ей до сих пор больно, и сегодняшняя встреча напрочь содрала пластырь, которым она кое-как заклеила прореху в своём сердце.
Самым страшным было понимание того, что её чувства к Малинину никуда не делись и сейчас заискрились ярким пламенем, как только она его увидела. Но ходить всё время по грани их странных отношений было слишком больно, и возвращаться снова в этот водевиль чувств она не хотела.
— Прогуляемся? — спросил Егор, отодвигая пустую кофейную чашку.
