– Ты не удивляйся. Я всё знаю о деле Дохлого. И о том, как он с Валетом три лимона баксов хапнул, о том, как ему удалось остаться в живых, и о фальшивых долларах тоже.
– Теперь понятно, откуда такое рвение помочь мне. Ты, как и другие, надеешься на то, что и тебе что-то перепадет из Валетовых денег?
Константин, уловив настроение Матерого, постарался сохранить спокойный тон разговора, подбирая необходимые для этого слова.
– Ты сейчас можешь говорить что угодно и думать обо мне всё, что придёт в голову. Можешь даже встать и уйти. Но прежде, чем ты это сделаешь, выслушай меня до конца.
Во-первых, чужих денег мне не надо, тем более ворованных, и очень жаль, что ты так плохо обо мне думаешь. Разговор же я этот с тобой затеял не по своей личной инициативе, а по просьбе генерала Кречетова. Мы воевали вместе в Афгане. Так вот, Алексей Николаевич попросил меня переговорить с тобой по поводу тех самых денег, что тогда в Питере «ушли» из сейфа. Вернее, не о баксах, а о том, что, кроме денег, взяли Валет с Дохлым.
– Вот вы Валета и спрашивайте.
– Послушай, Николай! Не надо со мной так разговаривать. Сейчас речь идёт не столько о деньгах, сколько о твоей жизни. Слишком много развелось в столичных джунглях охотников за твоим скальпом.
– О своей жизни я как-нибудь сам позабочусь. Дело не в этом. И с чего вы взяли, что я знаю, куда Дохлый заныкал доллары?
– А никто и не говорит, что ты знаешь. Я просто хочу обрисовать ситуацию, которая на сегодня сложилась вокруг тайника Дохлого, а значит, и вокруг тебя.
Ты не задумывался, почему так много шума вокруг всего этого дела? Много времени прошло, чтобы все утряслось и успокоилось, ан нет, наоборот, всё больше и больше людей в этом деле начинают принимать участие.
Молчишь? Так я объясню. В сейфе, который Валет с Дохлым выпотрошили, кроме денег было еще нечто, о чём ты даже не подозреваешь. Я точно не знаю что именно. Может быть, документы, может быть, дискета с информацией? Но то, что за всем этим охотится разведка страны, это точно.
– Что?
– А вот и то. ФСБ, службы безопасности олигархов и самых высокопоставленных лиц – все на сегодняшний день заинтересованы получить эту самую информацию. И будь уверен, они сделают всё, чтобы завладеть ею. Вопрос времени. Поэтому, Кречетов обеспокоен, что информация попадет не в те руки, в которые должна попасть, а это уже бомба. А когда есть бомба, есть люди, которые заинтересованы, чтобы она не взорвалась, так как на карту поставлено многое, а главное – их деньги и деньги не малые. Те три миллиона баксов, которые Валет с Дохлым хапнули, это небольшой бархан в бескрайней пустыне. О них уже никто и не вспоминает, кроме воров, конечно. Вот и думай, в какую дыру залезли Валет с Дохлым, сами того не подозревая! А потом еще и тебя за собой потащили. Думай выводы.
Матерый сидел неподвижно. Он не чувствовал тела, голова была пуста, мысли улетучились подобно ветру. Он не думал ни о том, о чём поведал Константин, ни о Дохлом с его деньгами, ни о предстоящих разборках с чеченцами, ни даже о себе и тех проблемах, что ждут его впереди. Он сидел, глядя перед собою в пол, словно именно там должно было появиться то, что открыло бы ему глаза, где правда, а где вранье.
– А теперь что касается твоего Бауэра. – Дмитриев сознательно не давал продыху Матерому, уверенно продолжая заранее продуманную атаку. – У тебя был с ним разговор по поводу этих трех миллионов баксов?
– Был.
– И что?
– Ничего. Я ему все объяснил и сказал, что никакого отношения к тайнику Дохлого не имею.
– А он что?
– Поверил.
– Ни хрена он не поверил. На следующий у шефа твоего состоялась встреча с Кошелем, во время которой он подробнейшим образом рассказал ему про ваш разговор, который, кстати, он же записал на диктофон. Но главное не в этом. По моему мнению, как выразился он, Матерый знает, где зарыта кубышка Дохлого, но добровольно не отдаст.
– Сука. Когда всё закончится, удавлю падлу собственными руками.
– Ну вот, кажется, и всё. Теперь дело за тобой. Какое решение примешь, с тем и жить дальше будешь. Только просьба, не затягивай.
Дмитриев поднялся с кресла, давая понять Матерому, что разговор закончен. И уже когда тот направился к выходу, Константин остановил его.
– Подожди. – Он подошел к Волкову и протянул ему руку.
– Главное сейчас остаться людьми. И как бы там ни сложилось, какое бы ты решение ни принял, запомни, я друзей не предаю. Я был и остался офицером, чье слово превыше всего.
За прошедшие два дня Николай дважды побывал на заимке.
Познакомившись со Степанычем, осмотрел владения и даже успел пострелять по тарелочкам, которые как шальные по одному движению старика начинали вылетать из разных углов и со свистом уносились прочь. Несколько раз пальнув в воздух, Матёрый понял, что здесь без необходимого навыка не обойтись. Нужна тренировка, а еще лучше, если рядом будет человек, который обучит технике стендовой стрельбы и всем её премудростям.