Обходя территорию, Матерый заглядывал в самые укромные уголки, подробно расспрашивая Степаныча обо всём. Не забыл он заглянуть в гости и к речке Быстрице, которая, тихо журча, несла свои воды вдоль каменистого берега.
Из-за быстрого течения зимой она почти не замерзала. Жизнь в ней, даже в морозы, продолжала бить ключом.
– Ну что же, место действительно глухое и пустынное. Самое то, для разборок и стрелок. Дорога к избушке идет только одна, так что, если кто вздумает спрятаться, следы будут тут же видны.
Николай вместе с Константином в который раз закрывшись в кабинете, чертили на листе ватмана схему окрестностей заимки, пытаясь разработать план встречи чеченцев. Такой, чтобы гарантировал Матерому безопасность от любого фокуса, который могли придумать «басмачи».
– Час назад Степаныч звонил, – перебил Николай размышления Дмитриева. – Сообщил, что чеченцы опять на заимку приезжали. Все ходили, вынюхивали и что-то на своем языке балабонили.
Константин насторожился.
– Ни о чём не распрашивали?
– Как без этого. Сначала по-хитрому пробовали выяснить, что, мол, Матерый задумал такое изобразить. Какой-такой секрет таится в этом темном углу, если стрелку именно здесь назначил. Степаныч начал дурака включать. Мол, не знаю никакого Матерого. Тогда перешли на угрозы, обещали уши отрезать. А когда поняли, что не на того напали, начали ему деньги предлагать.
– И что?
– Что? Что? Степаныч согласился. Принял три сотни баксов и отдал ключи от погреба. Все сделал так, как я просил.
– Теперь ясно. Если Басмач тебя в дом потащит, значит, кто-то еще будет там. После стычки в ресторане вряд ли захочет один на один беседовать.
– Думаешь, что Басмач будет на стрелке?
– Непременно. Мало того главную скрипку будет играть именно он. Я даже могу рассказать, какую симфонию он для тебя приготовит.
– Интересно послушать.
– Ничего особенного. Для начала, как и обговорено, вы мирно побеседуете. Зная твой взрывной характер, Басмач попытается спровоцировать, довести до такого состояния, чтобы ты кипятком начал ссать. И всё это будет продолжаться до определенного момента.
– То есть?
– Когда увидит, что ты дошел до кондиции, сменит тактику, перейдет на более миролюбивую беседу. Мол, зачем нам воевать, когда можно проблему решить другим путем, и всякое такое. Цель – сбить с толку. Затем, предложит отпустить «солдат» и вдвоем уединиться в доме. Распить в знак примирения бутылочку, выкурить «трубку мира», заодно обговорить план совместного сотрудничества.
– А если я не соглашусь?
– Тогда он подаст условный сигнал, например снимет шапку, и тогда в работу вступит снайпер. Стрелять будут на поражение, но не смертельное. Снайпера своё дело знают. То, что всё будет, как я говорю, можешь не сомневаться в этом можешь не сомневаться. Ребят твоих чеченцы тут же под стволы поставят. А войско без командира, сам знаешь, уже не войско, а так, стадо.
– И что мне делать?
– Принять приглашение. При этом показать Басмачу, что он смог взять тебя на испуг.
– Это ещё зачем? – Матерый был удивлен услышанным, оттого не мог взять в толк, зачем нужен этот маскарад. Он не скрывал, что проще вырубить Басмача и поставить под прицел весь чеченский сброд. Хотя умом понимал, это не решение вопроса. Подобные действия лишь усугубляют положение, что в дальнейшем приведёт к уличной войне.
Дмитриев, чувствуя, что попал в точку, решил «дожать» Николая.
– Затем, что на переговорах, где всё висит на ниточке, в первую очередь необходимо поставить перед противником психологический барьер. Твой мнимый испуг позволит Басмачу успокоиться и потерять контроль над ситуацией. Затем, когда вы останетесь один на один в доме, он постарается или сразу вырубить тебя, или подсыпать какую-нибудь хренотень. Если и это не получится, то появится двухметровый Мальчик с пальчик с автоматом на шее. И вместе они разыграют небольшой спектакль, в финале которого ты геройски, с пистолетом в руке и пеной на губах, погибаешь, но не насовсем. Отстрелят пару важных органов, без которых ты сможешь жить, но не долго, а вдобавок еще и покуражатся. Впоследствии их объяснения для всей воровской общественности будут до смешного банальными. Мол, только решили выпить за мировую, как после первого же стакана у Матерого поехала крыша. Начал дергаться, оскорблять, угрожать, затем и вовсе схватился за пистолет. К счастью, Басмач успел выстрелить первым.
Константин посмотрел на Матерого и улыбнулся.
– Ты сильно-то не переживай и слова мои особо в голову не бери. Всё, о чём я тебе сейчас поведал, домыслы. Не безосновательные, но домыслы. Я слишком хорошо знаю повадки этих зверей и поэтому заранее предупреждаю, надо готовиться к самому худшему.
Дмитриев соврал. Он точно знал обо всём, что планировалось чеченцами изобразить на стрельбище. Буквально сегодня стукачок за три штуки баксов выложил подробнейший план братьев. Его-то Дмитриев только что в самых подробнейших деталях изложил Николаю.