На протяжении последующих сорока лет тайна так называемых «убийств по Зодиаку» будоражит лучшие умы страны, однако разгадать ее удастся лишь гениальному и безалаберному «Холмсу» – Киёси Митараи, астрологу и детективу-любителю, и его верному «Ватсону» – художнику-иллюстратору Кадзуми Исиока. В их руки попадает важный документ, проливающий свет на некоторые детали громкого убийства, и друзья вновь берут давно остывший след…
Классический детектив – конструкция трехчастная: он состоит из сюжетообразующей головоломки, харизматичной и запоминающейся фигуры следователя и антуража, на фоне которого разворачивается интрига. Из всего этого в романе Симады сохраняется, по сути дела, только первое. Образ сыщика Митараи намечен лишь скупым контуром – ни единой детали сверх строго необходимого, а его верный оруженосец и летописец Исиока и вовсе остается практически безликим. Антураж (действие происходит в Токио и Киото) обозначен еще более схематично: автор даже не пытается создать в романе какое-либо подобие атмосферы и погрузить в нее читателя. Элементы же собственно детективной головоломки, напротив, описаны в мельчайших – порой весьма утомительных – подробностях, причем узловые моменты проговорены по несколько раз – очевидно, для самых непонятливых.
Впрочем, все эти особенности – следствие не писательской неумелости, но продуманной цельной концепции. Жанр хонкаку, изобретателем и первопроходцем которого значится Симада, – это, в сущности, не вполне литература, но скорее разновидность интеллектуальной игры. В отличие от всех прочих детективщиков, с большей или меньшей ловкостью имитирующих честную игру, Содзи Симада в самом деле сдает сыщику и читателю одинаковые карты. Более того, временами он прерывает повествование, эксплицитно призывая нас включиться в соревнование с Митараи и Исиокой и разгадать загадку «убийств по Зодиаку» раньше, чем они.
Технически это реализуемо: все элементы паззла выложены на стол, и при большом желании из них правда можно собрать картину произошедшего. Более того, до последнего оставляя читателю шанс найти ответ (или хотя бы его часть) самостоятельно, Симада растолковывает развязку трижды: сначала посредством намеков и подсказок, затем на уровне технической схемы, а в заключение еще разок – уже с подробностями и психологическими нюансами.
Однако всерьез увлечься предложенной автором игрой удастся, пожалуй, только самым заядлым спортсменам или пылким фанатам ребусов и головоломок. Если же конкурентность не является вашим определяющим свойством, а детектив в вашем понимании – не столько механистичный интеллектуальный тренажер, сколько утешительная и терапевтичная история обаятельного сыщика в сверкающих латах, вступающего в поединок со злом и одерживающего над ним победу, то скорее всего хонкаку – не ваш жанр.
Новый (четвертый по счету) детектив о Корморане Страйке и Робин Эллакотт – в некотором смысле прямой антипод «Токийского зодиака»: там, где у Симады торжествует скупая и функциональная механистичность, у Роулинг цветет истинно литературная, заведомо превосходящая требования жанра избыточность. Без видимого труда выполняя обязательную программу детективного сюжетостроения, Джоан Роулинг (под псевдонимом «Роберт Гэлбрейт», как известно, укрылась именно она) насыщает свой текст колоссальным количеством эмоций, человеческих отношений и обаятельных подробностей. В результате детективная линия оказывается не то, чтобы не важной – важной, конечно, но не единственно важной.
«Смертельная белизна» начинается со свадьбы: чудом избежав смерти от рук Шеклуэллского Потрошителя (охоте на него был посвящен предыдущий роман цикла), Робин Эллакотт, несмотря на скверные предчувствия, решает, наконец, выйти замуж за своего многолетнего бойфренда Мэтью. Впрочем, счастья ей это не приносит: в статусе мужа Мэтью остается всё тем же самовлюбленным и мелочным дураком, но их брак возводит словно бы незримую стену между Робин и ее шефом (а теперь и партнером по бизнесу) Кормораном Страйком. Это отчуждение и взаимная неловкость вместе с внезапной и непрошенной славой, обрушившейся на Страйка после триумфальной поимки Потрошителя, становится серьезным препятствием в расследовании их нового – головоломного и, как обычно, опасного – дела.
Явление в контору Страйка молодого психопата, утверждающего, будто в детстве стал свидетелем убийства ребенка, дает старт запутанному расследованию, в ходе которого Страйку и Робин придется побывать и на сборище воинственных леваков, протестующих против Лондонской Олимпиады, и в кабинетах Парламента, и в романтическом (ну и, как водится, зловещем) загородном поместье. Решив из чистой добросовестности проверить, нет ли в бессвязном бормотании безумца какого-либо рационального зерна, Страйк оказывается втянут в сложную интригу с убийством, шантажом и кражей бесценной картины, а Робин пробует свои силы в работе под прикрытием.
