Англия в романе Йап похожа на привычную нам Англию во всём, кроме одного: все люди здесь делятся на две большие категории – моно и дуо. Дуо (их в стране порядка одной трети, и они составляют элиту общества) помнят два последних прожитых дня, в то время как моно (все остальные) способны удерживать в голове лишь один день. И те, и другие вынуждены ежедневно записывать важнейшие события собственной жизни в дневник – именно эти записи, которые они позднее заучивают наизусть и называют «фактами», формируют основу того, что моно и дуо знают об окружающем мире и о самих себе. Так называемая «полная память» здесь – удел подростков, а по достижении зрелости она отмирает к полному всеобщему удовольствию: способность запоминать всё с тобой происходящее воспринимается и моно, и дуо как проклятие, неизбежно влекущее за собой деградацию, безумие и тотальную вражду.
Однажды на пороге известного писателя, а ныне еще и независимого кандидата в члены Парламента от Кембриджшира Марка Генри Эванса, дуо, и его жены, Клэр Эванс, моно, появляется детектив Ханс Ричардсон (моно, выдающий себя за дуо). Он явился сюда, чтобы поговорить с Марком об убитой женщине – привлекательной дуо, блондинке средних лет, тело которой полицейские выловили этим утром из соседней реки. Многое указывает на самоубийство: так, на женщине надет плащ, карманы которого набиты камнями (в точности так покончила с собой любимая писательница Марка Вирджиния Вулф). Однако детектив Ричардсон убежден, что на самом деле женщину убили, и виновник ее гибели – не кто-нибудь, но Марк Генри Эванс собственной персоной.
Переключая фокус с одного героя на другого (повествование ведется попеременно то от лица самого Эванса, то от лица его жены, то от лица убитой женщины, дневник которой попадает в руки полиции, то от лица сыщика, ведущего расследование), Йап проведет читателя по сложной траектории, изобилующей неожиданными поворотами и скрытыми ловушками. Мир, кажущийся поначалу искусственным и образцово нереалистичным, понемногу наполнится жизнью, а ничтожная с нашей точки зрения разница между теми, кто помнит последние 24 часа, и теми, кто помнит 48, откроет героям почти безграничные возможности для многоступенчатых манипуляций и злодейства. Более того, выяснится, что «полная память» – понятие более, чем условное, и на самом деле многое из того, что мы, как нам кажется, помним, мы в действительности знаем по чужим рассказам и собственным «выученным» представлениям о произошедшем.
Детективные романы, построенные на амнезии (подлинной или мнимой) одного из персонажей, не так редки – достаточно вспомнить «Ловушку для Золушки» Себастьяна Жапризо или «Прежде, чем я усну» Cи Джей Уотсона. Однако Йап впервые конструирует целый убедительный и органичный мир, основанный на ограниченности памяти, и ухитряется впихнуть в этот мир по-настоящему захватывающий детективный сюжет.
Формально роман англичанина Дэйва Хатчинсона проходит по ведомству научной фантастики, однако куда справедливее и логичнее было бы поместить его в нишу шпионского детектива. За принадлежность к фантастическому жанру в нем отвечает главным образом антураж будущего (впрочем, не слишком отдаленного как хронологически, так и содержательно), за принадлежность к жанру шпионскому – практически всё остальное.
К середине XXI века Европа вновь заросла границами и кордонами, распавшись на множество самостоятельных «политий» – карликовых держав размером от одного квартала до нескольких областей. Разнообразие их настолько велико, что, к примеру, на территории бывшей Германии одно время существует даже микрореспублика поклонников Гюнтера Грасса – Грассхейм. За беспрепятственную циркуляцию нелегальных и полулегальных грузов (а также – по крайней мере на словах – за возрождение духа старого, доброго Шенгена) в этом раздробленном мире отвечает секретная неправительственная организация Les Coureurs de Bois – «Лесные курьеры», причудливый гибрид транснациональной спецслужбы и международного преступного синдиката.
