В некотором довольно близком будущем Земле, которую мы знаем, приходит конец: поверхность планеты сгорает в пламени глобального катаклизма, и бо́льшая часть человечества гибнет. Мудрые ученые загодя подготовились к этой беде: они создали несколько ковчегов, обитателям которых предстоит пережить тысячелетний упадок Земли, а после собраться вместе и возродить человеческую цивилизацию. Но за тысячу лет всё может измениться – что, в сущности, и происходит.
Связь между ковчегами потеряна, и каждый из них превращается в автономное микрогосударство, развивающееся по собственным законам. На одном из ковчегов – он пережидает катастрофу в глубинах мирового океана – устанавливается жесткая теократия: захватившая власть Церковь Святого Моря убеждает свою паству, что человечество было истреблено за грехи, возвращение на Поверхность невозможно и самая мысль об этом – кощунство. Всех, кто осмеливается мечтать о Земле, выбрасывают за борт, а всё напоминающее о временах до Конца (в том числе книги, навигационные карты, субмарины, предназначенные для подъема на поверхность, и Маяк, который должен указать место грядущей встречи выживших) безжалостно уничтожено. Однако тысячелетие, на которое рассчитана работа всех механизмов Ковчега, подходит к концу, машины сбоят, корпус дает протечки и единственное, что может спасти его обитателей, – это всплытие. Людей, которые осознаю́т опасность и готовы ей противостоять – всего-ничего: юная Майра, трое ее друзей и отец, главный инженер Ковчега с говорящим именем Джона (Иона). Им нужно в кратчайшие сроки по старым, чудом сохранившимся чертежам воссоздать субмарину, отыскать Маяк и поднять восстание против церковников.
В то же самое время из глубин космоса к Земле приближается так же выработавший свой ресурс последний из уцелевших космических ковчегов – военизированный корабль-государство, где эмоции позорны, семейные и дружеские связи упразднены, а главными добродетелями считается отвага, самоотверженность и виртуозное владение оружием. Молодому капитану Аэро Райту, воину без страха и упрека, вчерашнему выпускнику местной военной академии, через считанные дни предстоит первым ступить на планету, которую его предки покинули тысячу лет назад…
Если в этот момент вы вспомнили роман Роберта Хайнлайна «Пасынки вселенной», в котором потерявший управление космический корабль с одичавшим экипажем также превращается в пугающее и архаичное мини-государство, или «Повелителя мух» Уильяма Голдинга, то, в общем, ваша мысль движется в верном направлении. Дженнифер Броуди – автор более чем культурный, образованный и начитанный: в анамнезе у нее гарвардский диплом, опыт преподавания творческого письма и участие в голливудских мега-проектах (таких, к примеру, как джексоновский «Властелин колец»). Поэтому при всей обманчивой простоте на самом деле ее «Тринадцатый ковчег» – вещь тонкой выделки, надежно укорененная в традиции и при этом не лишенная тщательно выверенной доли новизны. Другое дело, что весь свой немалый – и культурный, и писательский, и, не побоюсь этого слова, маркетологический – потенциал Броуди инвестирует в создание эдакой книжной версии кинематографического блокбастера (которым ее роман, к слову сказать, имеет неплохие шансы стать). С одной стороны, жалко – автор явно способен на большее. С другой стороны, должен же кто-то писать просто крепкие, увлекательные книги, предназначенные для бесхитростного читательского удовольствия – такие, чтоб с фонариком под одеялом и вот это вот всё.
Практически каждая литературная традиция может предъявить миру хотя бы одну девочку-вундеркинда – автора, как правило, одной-единственной культовой (ну, или хотя бы просто нашумевшей) книги. Сьюзан Элоиза Хинтон – американская версия этого общекультурного архетипа: свой роман «Изгои» она написала в 1965 году, в шестнадцать лет, просто для того, чтобы выплеснуть вполне типовые для подростка фрустрацию и гнев. После этого был колоссальный скандал и колоссальный же взрыв популярности, запрет на книгу в одних штатах и включение ее в школьную программу в других, одноименный фильм, снятый Фрэнсисом Фордом Копполой, и, увы, крайне невпечатляющее продолжение литературной карьеры. Однако «Изгои» оказались намертво впаяны в историю американской литературы и, шире, всей американской культуры: за прошедшие с первой публикации романа пятьдесят лет общий его тираж составил более 15 миллионов экземпляров, а ежегодные продажи близятся к пятистам тысячам.
