Еще одно, пожалуй, серьезнейшее доказательство необычных отношений между кошками и людьми заключается в том, что многие из них сделали все для того, чтобы их кошки ни в чем не нуждались. Возьмем, к примеру, случай Блэки, который в 1980-х годах делил особняк с четырнадцатью другими кошками. Хотя кошки приходили и уходили когда им заблагорассудится, особняк на самом деле принадлежал богатому британскому торговцу антиквариатом по имени Бен Ри. Одна за другой кошки умирали, пока не остался только Блэки, и, когда в 1988 году умер хозяин, Блэки оказался наследником семи миллионов фунтов стерлингов – половины всего имущества Ри. Вторая половина ушла в кошачьи благотворительные организации. Через одиннадцать лет после истории с наследством Ри великолепная британская певица Дасти Спрингфилд[51] оставила кругленькую сумму своему коту Николасу. Я не смог узнать, сколько точно, но мы все знаем, что поп-певцы зарабатывают миллионы (в отличие от писателей), а условия ее завещания предполагают значительные финансовые средства, так как, например, там было оговорено, что кота необходимо снабжать его любимым детским питанием из США. Рост кошачьего благосостояния продолжается и в XXI веке. В первые годы нового тысячелетия богатая американская вдова по имени Маргарет Лейн попала под обаяние бродячего кота по имени Тинкер. Настолько, что до своей смерти в 2003 году она успела создать целевой фонд в размере 226 тысяч долларов для ухода за ним и обеспечения его благополучия после ее смерти. Но и того ей показалось мало, она дополнительно оставила средства своим соседям при условии, что они используют их для ухода за ним. Тинкер также унаследовал ее дом стоимостью 800 тысяч долларов.
В 2005 году Объединенная церковь Канады стала наследником имущества стоимостью 1,3 миллиона долларов, принадлежавшего прихожанину Дэвиду Харперу. Но вместе с этим церковь получила и рыжего кота Харпера по кличке Рэд. Согласно завещанию, коту обеспечивался уход, еда и услуги ветеринара.
Тенденция сохраняется. В ноябре 2013 года американский телеканал WMC сообщил, что два кота из Теннесси, Фриско и Джейк, унаследовали особняк своего умершего хозяина Леона Шеппарда-старшего. Он также оставил им четверть миллиона долларов на его обслуживание.
Когда я впервые казался в Риме, меня удивило не только большое количество уличных кошек в городе, но и то, что они выглядели здоровыми и упитанными и напоминали Боба, знаменитого кота, ставшего героем книги и фильма[52]. Но теперь я знаю, что богатейший кот в мире начинал свою карьеру как римский бродяга. Как и многие до него, он дождался улыбки фортуны, полируя лодыжки одного наивного человека.
Бездомный кот Томмазо встретился с пожилой итальянкой по имени Мария Ассунта, наследницей большого состояния. Мария была вдовой, бездетной и, несомненно, одинокой. Томмазо пустил в ход все свое обаяние, и жизнь его изменилась… Она взяла его к себе и посвятила оставшиеся годы тому, чтобы он ни в чем не нуждался. После ее смерти, последовавшей в 2012 году, кот унаследовал все ее имущество стоимостью 13 миллионов евро.
Но не напрямую. Итальянский закон запрещает оставлять такие деньги животному, поэтому Мария написала завещание в пользу своей сиделки, но с оговоркой, что на самом деле это деньги Томмазо. Теперь он наслаждается роскошью в пригородном имении, где с ним живет та самая сиделка и кошка-компаньон[53].
Судя по изобилию представленных доказательств, вполне можно задуматься, выбираем ли мы кошек вообще? Может быть, мы все живем в созданной кошками матрице. Они хотят скрыть от нас то, что это мы их питомцы, а не наоборот.
Как это было убедительно показано в предыдущей главе, влияние кошек на людей иногда граничит с безумием. В лучшем случае мы должны признать, что в отношениях этих двух видов встречаются крайности и, судя по присутствию кошек в наскальных рисунках, это продолжается уже тысячи лет. Все это заслуживает пристального изучения, чем мы далее и займемся. Как вообще могла возникнуть такая ситуация? Возможно, мы сможем найти какую-то зацепку, проанализировав сами взаимоотношения и то, как они проявлялись в течение долгой и порой трагической истории.
Для начала наша машина времени посетит эпоху плиоцена, которая продолжалась от 3,6 до 5,3 миллиона лет назад. К этому времени млекопитающие уже частично изменились, но не настолько, чтобы вы узнали их во время утренней прогулки. Даже те, которые могли показаться знакомыми, выглядели крайне странно: гигантские верблюды, трехпалые лошади, огромные бронированные млекопитающие глиптодонты…
Но если бы вы попали в тропические леса Юго-Восточной Азии, одно существо вы бы узнали сразу. Привычный облик кошки – гибкое, с низкой посадкой тело, длинный хвост, охотничьи зубы и когти, – появившийся в раннем плиоцене, оказался настолько эффективным, что остается более или менее неизменным до сих пор.
