Но есть и более тонкие ассоциации, которые не так легко объяснить. Изначально воплощением Баст была не домашняя кошка, а львица, что предполагает скрытую за мурчащим фасадом силу. Связь с мистикой и тайнами существовала там с самых ранних времен. Среди четырех мифических братьев Баст есть Тот, бог луны и магии с головой ибиса. Ее сын Хонсу также был лунным божеством.
Еще более сильная ассоциация, которую мы подробнее рассмотрим позже, была связана с лекарскими искусствами. В письменном виде имя богини Баст содержит иероглиф, обозначающий сосуд для приготовления мазей, она часто изображается несущей анкх, египетский символ жизни. Отличительной характеристикой ее брата Тота является покровительство лекарскому искусству. Самым интригующим из всех является сын Баст по имени Нефертум, который имеет облик человека (что свидетельствует о тесной связи Баст с родом человеческим) и считается главным египетским богом исцеления.
Подобно фараону, Баст был богом (точнее, богиней), воплощенным в живом существе. Но в отличие от правителя, который был изолирован от своих подданных за исключением нескольких ежегодных появлений на публике, Баст находилась в центре внимания каждый день. В Египте каждый кот, умерший естественной смертью, доставлялся в Бубастис для мумификации и захоронения. Паломники шли нескончаемым потоком, чтобы посетить храм и сделать подношения самодовольным пушистикам, которые были нынешними представителями Баст на Земле. А праздники в честь Баст были самыми сложными и дорогостоящими из всех когда-либо проходивших в стране. Геродот в своей «Истории Египта» описал один их них.
Когда египтяне едут в город Бубастис, то делают вот что. Плывут туда женщины и мужчины совместно, причем на каждой барке много тех и других. У некоторых женщин в руках трещотки, которыми они гремят. Иные мужчины весь путь играют на флейтах. Остальные же женщины и мужчины поют и хлопают в ладоши. Когда они подъезжают к какому-нибудь городу, то пристают к берегу и делают вот что. Одни женщины продолжают трещать в трещотки, как я сказал, другие же вызывают женщин этого города и издеваются над ними, третьи пляшут, четвертые стоят и задирают [подолы] своей одежды. Это они делают в каждом приречном городе. Наконец, по прибытии в Бубастис они справляют праздник с пышными жертвоприношениями: на этом празднике выпивают виноградного вина больше, чем за весь остальной год. Собирается же здесь, по словам местных жителей, до 700 000 людей обоего пола, кроме детей (II,60)[56].
«…вина больше, чем за весь остальной год» — это по любым меркам серьезное торжество, но даже если не брать в расчет праздники, понятно, что с народом Египта у Felis catus сложились очень необычные отношения. Если кошка умирала естественной смертью, все члены семьи – мужчины, женщины и дети – в знак траура должны были сбрить брови. Даже за случайное убийство кошки наказанием была смерть. Это был вполне действовавший закон. Греческий историк Диодор как очевидец оставил нам рассказ о римском солдате, который был казнен за случайное убийство кошки, хотя в его защиту выступил сам фараон. Позволю себе мимоходом отметить, что это является показателем того, кого уважали и ценили больше – кошку или правителя.
…случилось так, что некий римлянин убил кошку и к его дому сбежалась толпа, и ни посланные с просьбой о помиловании царские начальники, ни общий страх перед римлянами не смогли отвратить от этого человека наказания, хотя он и совершил это неумышленно.
И этот случай я рассказываю не с чьих-то слов, но сам, будучи очевидцем во время моего путешествия в Египет (I, 83)[57].
