– Плевать мне, кто она! И катись к дьяволу, – рявкнул Томми тоже во весь голос.
Они готовы были уже сцепиться, как вдруг ярость Джулиуса угасла – мгновенно, как только что вспыхнула.
– Как хочешь, старик, – сказал он ровным голосом. – Я уйду. И что ты тут наговорил, не важно. Хорошо хоть, что спустил пары. Я знаю, что таких идиотов, как я, больше нигде нет. Успокойся! (Томми нетерпеливо дернул плечом.) Да ухожу я, ухожу. И направляюсь на вокзал Северо-Западной дороги, если хочешь знать.
– Плевать мне, куда ты направляешься, – огрызнулся Томми.
Дверь за Джулиусом захлопнулась, и Томми вернулся к чемодану.
– Вот и все, – пробормотал он и позвонил. – Отнесите мой багаж вниз.
– Будет сделано, сэр. Уезжаете, сэр?
– Убираюсь к дьяволу, – мрачно буркнул Томми, не считаясь с нервами коридорного. Тот, с невозмутимой почтительностью отозвался:
– Да, сэр. Вызвать такси?
Томми кивнул.
А куда он, собственно, собрался? Об этом у него не было пока ни малейшего представления. Но одно он знал точно: он посчитается с мистером Брауном! А вот как это сделать? Он перечитал письмо сэра Джеймса и мотнул головой. Таппенс должна быть отомщена. Но заботливость доброго старикана не могла его не тронуть.
– Все-таки надо ему ответить, – сказал он вслух и подошел к бюро. Как водится в отелях, конвертов там было хоть отбавляй – и ни единого листка писчей бумаги. Он позвонил. Никто не пришел. Томми готов был взорваться от злости, но тут припомнил, что в номере Джулиуса было полно почтовой бумаги. Американец заявил, что сразу отправляется на вокзал, и, значит, опасности столкнуться с ним нет. А если и есть, оно и к лучшему. Он наговорил ему много лишнего. И как только старина Джулиус все это стерпел? Молодец. Если они все-таки встретятся, надо будет перед ним извиниться.
Однако гостиная была пуста. Томми подошел к бюро и открыл средний ящик. В глаза ему бросилась фотография, лежащая поверх бумаги. Томми просто остолбенел. Он взял фотографию, задвинул ящик и, медленно пятясь к креслу, опустился в него, не в силах отвести глаз от снимка.
Почему фотография француженки Аннет оказалась в бюро Джулиуса Херсхейммера?
Премьер-министр нервно барабанил пальцами по столу. Его лицо было крайне измученным и осунувшимся. Он продолжал прервавшийся было разговор с мистером Картером.
– Я что-то не понял. Вы действительно считаете, что положение не так отчаянно, как мы полагаем?
– Так, во всяком случае, считает этот мальчик.
– Дайте-ка я перечту его письмо.
Мистер Картер протянул ему лист, исписанный еще по-школьному крупным почерком.
