«У тебя не больше моего шансов получить белый плащ, — едва не сказал ему Дунк. — Ты был рожден лагерной девкой, я выбрался из самых трущоб Блошиной ямы. Такие, как мы с тобой не в чести у королей». Однако, очевидно, что парнишка тяжело переносит правду, поэтому он сказал:
— Что ж, силы твоим рукам.
Не успел он отойти на пару шагов, как сир Глендон крикнул в догонку:
— Сир Дункан, подождите. Я… Мне не следовало быть таким резким. Моя мать говорила, рыцарю следует быть вежливым. — Эти слова очевидно дались ему с большим трудом. — После моего последнего боя ко мне подошел лорд Пик. Он предложил мне место в Звездном Пике. Он говорил, что приближается буря, которой Вестерос не видел много поколений, и ему нужны люди и их мечи, чтобы с ней справиться. Верные люди, которые умеют следовать приказам.
Дунк с трудом мог в это поверить. Гормон Пик открыто выражал свое презрение к межевым рыцарям как на дороге, так и на крыше замка, однако он сделал серьезное предложение.
— Пик крупный лорд, — глухо сказал он, — но… но, думаю, не тот, кому бы я поверил.
— Нет. — Парень покраснел. — Всему есть цена. Он берет меня на службу, но… он сказал, что сперва я должен доказать свою верность. Он проследит, чтобы в следующий раз я попал в пару с его другом Скрипачом, и хочет, чтобы я поклялся, что проиграю.
Дунк сразу ему поверил. Он знал, что ему бы следовало изумиться, но почему-то он не изумился.
— И что ты ответил?
— Я ответил, что я не смог бы проиграть Скрипачу даже, если бы попытался, потому что спешил многих рыцарей гораздо искуснее его, и что еще до конца дня драконье яйцо станет моим. — Бол вяло улыбнулся. — Полагаю, вовсе не такого ответа он хотел от меня услышать. Он обозвал меня глупцом, и посоветовал почаще оглядываться. У Скрипача множество друзей, сказал он, а у тебя ни одного.
Дунк положил ему на плечо руку и сжал.
— Один точно есть, сир. И даже два, если я разыщу Эгга.
Парень посмотрел ему в глаза и кивнул.
— Приятно видеть, что в ком-то еще живут идеалы рыцарства.
Пока Дунк искал Эгга в толпе у ристалища, ему наконец удалось хорошенько рассмотреть сира Томмарда Хеддля. Зять лорда Баттервелла был крупным и широкоплечим с похожей на бочку грудной клеткой, которую запихнули в вываренную кожу и черненые доспехи. На нем был шлем выполненный в виде головы какого-то склизкого, чешуйчатого демона. Его конь был на три вершка выше Грома и явно на пару стоунов тяжелее, эдакий монстр, укутанный в кольчугу. Под тяжестью всего этого железа он двигался медленно, поэтому Хеддля не стал гнать своего коня больше легкого галопа, но это совсем не помешало ему быстро расправиться с сиром Кларенсом Чарльтоном. Когда Чарльтона унесли на носилках с поля, Хеддль снял свой демонический шлем. У него было широкое лицо, обрамленное темной бородой лопатой, увенчанное лысиной сверху. Щеки и шею покрывали ярко красные нарывы.
Это лицо Дунку показалось знакомо. Это был тот самый рыцарь, который наорал на него в спальне хозяина замка, когда Дунк прикоснулся к драконьему яйцу. И тот же самый человек, голос которого он слышал, когда подслушал их разговор с лордом Пиком.
В его голове внезапно завертелись обрывки слов:
«скучный вы нам приготовили праздник… действительно ли этот мальчик сын своего отца… Злой Клинок… нужен меч… Старый Молочник думал… действительно ли этот мальчик сын своего отца… Помяните мое слово, Кровавый Ворон не дремлет… действительно ли этот мальчик сын своего отца?»
Он принялся оглядывать трибуну, подумав, не решил ли Эгг занять подобающее себе место среди знатных гостей. Но признаков мальчишки нигде не было видно. Баттервел с Фреем так же пропали, хотя скучающая и нервная новобрачная по-прежнему была на месте. «Как странно». — отметил Дунк. Это замок Баттервелла, его собственная свадьба, а Фрей его тесть. Турнир проводится в их честь. Так куда же они с него подевались?
— Вызываются сир Утор Андерлиф, — прогремел голос герольда. На лицо Дунка пала тень от тучи, заслонившей солнце. — И сир Теомор из рода Балверов, по прозвищу Старый Бык, рыцарь Черной Короны. Выходите и докажите вашу доблесть.
Старый Бык в кроваво-красных доспехах с черными бычьими рогами на шлеме выглядел устрашающе. Правда, чтобы забраться в седло ему потребовалась помощь мускулистого оруженосца, а то, как болталась его голова, пока он скакал верхом, говорило о том, что сир Мейнард был прав в своей оценке. Тем не менее, его появление встретили одобрительными криками.
Улитку встретили иначе, и, без сомнения, такая встреча была ему особенно по душе. В первой сшибке оба рыцаря обменялись скользящими ударами копий. Во второй, Старый Бык разбил свое копье о щит сира Утора, а Улитка и вовсе промазал. То же самое повторилось в третий заход, и на этот раз сир Утор покачнулся, словно вот-вот упадет. — «Он притворяется, — понял Дунк. — Он сознательно затягивает схватку, чтобы увеличить ставки на следующий раз».
