— Не ошибетесь, — кивнула Татьяна и лишь затем повернулась к выходу, взирая на приближающихся к ним молодых людей. С губ ее тотчас же сорвался полный усталой обреченности вздох. Ну как не стыдно наряжаться настолько потрясающе, что и глаз оторвать нельзя? Говоря начистоту, удивляться роскоши окружающей обстановки, да и красоте костюмов встреченных ею людей, девушка уже немного устала, посему искренне надеялась, взглянув на выглядящего еще некоторое время назад совершенно непрезентабельно «брата», немного отдохнуть от окружающего великолепия. Сейчас же вид хранителя памяти, разбив эти надежды в пух и прах, вызвал у нее глухое раздражение и, хотя и поражал в немалой степени, все-таки не произвел такого впечатления, как Ричард одним только своим присутствием здесь.
Тем не менее, не признать, что Винсент, которому молодой граф, как и обещал, «подсобил» с костюмом, выглядел потрясающе, было нельзя. Приталенный камзол темно-красного цвета, вероятно, тоже бархатный, как и костюм месье Ламберта, невероятно шел хранителю памяти, да и смотрелся, надо признать, куда лучше сшитого явно не по его размеру сюртука; такого же цвета кюлоты, украшающие его ноги, безусловно, выглядели гораздо презентабельнее длинных черных штанов, да и ботинки, или, если быть точнее, мужские туфли, с не менее богатыми, чем у Ренарда, пряжками, определенно выигрывали в сравнении с босыми ногами. Ниже кюлот ноги мужчины были, разумеется, затянуты в белые чулки, под камзолом виднелась белоснежная рубашка с чем-то вроде жабо в районе шеи. Кружев на манжетах Татьяна не заметила, да и не смотрела на них особо, — собранные в хвост такой же шелковой лентой, как и та, что красовалась на голове Ричарда, только не черного, а глубокого бордового цвета, обычно растрепанные темно-каштановые волосы хранителя памяти перетянули на себя все ее внимание.
Пораженная видом своего обычно совершенно неухоженного спутника, девушка даже не сразу обратила внимание на то, как выглядит идущий рядом с ним граф де Нормонд. Она и взгляд-то на него перевела лишь после того, как услышала его обращение к оборотню, не смотря на то, что первые слова хозяина замка явно предназначались ей.
— Надеюсь, вы не скучаете? — вежливо осведомился молодой человек, останавливаясь рядом с Татьяной и ее собеседником и, сдержанно кивнув последнему, добавил, — Добрый вечер, Ренард.
— Добрый, — совершенно спокойно и даже доброжелательно ответствовал мужчина, явно не желая замечать несколько прохладного отношения к себе, — Рад видеть. Позвольте осведомиться, к которому часу приглашены гости?
Эрик мягко улыбнулся и, обернувшись ко входу в зал, чуть кивнул в его сторону.
— Все уже собираются. Видите?
В ярко освещенную залу и в самом деле уже входили, парами и поодиночке, роскошно одетые мужчины и женщины всех возрастов…
Трудно вообразить себе нечто более изящное, утонченное, и вместе с тем немного тяжеловесно-великолепное, потрясающее фантазию, заставляющее восторженно замирать сердце, чем французский бал начала восемнадцатого века, проводимый в роскошном зале прекрасного, богато и изыскано изукрашенного замка. Женщины и мужчины, мадам и месье, разбившись на пары, кружатся то в довольно быстрых, то в медленных танцах, нежная и мягкая музыка ласкает слух легкими переливами, в глазах рябит от обилия красок, от сказочно прекрасных платьев дам с пышными, длинными юбками, и от разноцветных камзолов кавалеров, а на душе становится вдруг так щемящее сладко, когда осознаешь и себя частью этого великолепия. В воздухе витают тонкие ароматы дамских духов, смешивающиеся с тяжелыми нотками туалетной воды кавалеров, все пространство огромной залы заполняется веселыми людскими голосами, смехом, слышны комплименты, благодарности, радостные возгласы неожиданно встретившихся старых друзей и знакомых, то тут то там мелькают неслышными тенями прекрасно вышколенные слуги, разряженные по случаю в блестящие ливреи. Сознание, даже настроенное на какую-то немыслимую серьезность, начинает мутиться, поддаваясь внушению атмосферы, и все дела как-то сразу вылетают из головы, оставляя лишь мысли о веселой кадрили или чинном вальсе, грациозном менуэте или спокойном гавоте. И хочется только, отбросив все лишнее, подхватить за талию какую-нибудь юную красавицу, или дать согласие на предложение очаровательного дворянина и броситься в пляс, забывая обо всем.
Именно таким был и бал, на котором волею случая оказались наши гости из будущего.
