— Такие подонки именно этого и добиваются. Им нравится, когда человек чувствует себя дрянью. Тогда они могут делать с ним все, что захотят. Хотя, думаю, это все-таки не пройдет. Как бы там ни было, подлость нигде не уважаема, даже в Лос-Анджелесе. Вот поэтому они и создали Лас-Вегас.
Она не улыбнулась.
— Это действительно такое ужасное место?
— Все зависит от того, кого выбирать себе в друзья. Ты выбрала — хуже некуда.
— Я их не выбирала. Они мне не друзья. И никогда ими не были. Я их презираю. Еще несколько лет тому назад я предупреждала Эстер, что Ланс погубит ее. А Карлу Стерну я прямо в лицо высказала все, что о нем думаю.
— Когда? Вчера ночью?
Несколько недель назад я решила встретиться с Эстер и Лансом, провести с ними вечер. Наверное, это было глупо, но я очень хотела понять, что с ней происходит. Эстер пригласила Карла Стерна, чтобы он за мной ухаживал, можете себе представить? Его считали миллионером, а Эстер всегда придавала деньгам большое значение. Она так и не смогла понять, почему я не заигрываю со Стерном. — Рина помолчала. — Как будто от этого была бы какая-то польза, — добавила она, криво усмехнувшись. — Он интересовался мной не больше, чем я им. Мы бродили весь вечер по разным ночным клубам, и он все время пожимал ножки Ланса под столом. Эстер этого не замечала, или ей было наплевать. В некоторых вещах она была беспросветной тупицей. А я беспокоилась за нее. И в конце концов высказала все, что думала об этой троице.
— Что именно?
— Только истинную правду. Что Карл Стерн — педераст, а может быть, и похуже, а Эсгер, скорее всего, просто помешалась, раз путается с ним и с его красавчиком.
— Ты случайно не упомянула о шантаже?
— Упомянула. Сказала, что подозреваю их.
— Это было очень опасно, Рина. Потому Стерн и хотел, чтобы ты умерла. Я почти уверен, что он намеревался убить тебя сегодня ночью. Тебе повезло. Он умер первым.
— Правда? Не могу поверить… — Но она поверила. У нее так пересохло в горле, что некоторое время она не могла вымолвить ни слова. Молчала и делала судорожные глотательные движения. — Только потому… из-за того, что я что-то подозревала?
— Ну да, и еще обозвала его педерастом. Убийство для Стерна — пара пустяков. Сегодня я изучил список всех его преступлений — в штате Невада на него составлено полное досье. Не удивительно, что он не смог получить официальное разрешение на строительство игорного заведения. Еще в тридцатых годах он был одним из молодчиков Анастасиа. Их подозревали в совершении свыше тридцати убийств.
— А почему его не арестовали?
— Его арестовали, но не признали виновным. Не спрашивай меня почему. Лучше спроси всех этих грязных политиков, которым подчиняется полиция в Нью-Йорке, в Джерси, в Кливленде, повсюду. Спроси у людей, которые отдают им на выборах свои голоса… Карьера Стерна в Лас-Вегасе была закончена, но есть и другие места. Он работал на Ленке, на Миллера в Кливленде, на Лефта Кларка в Детройте, на банду «Транс-Америка» в Лос-Анджелесе. Он обучался своему ремеслу под руководством Сигеля», а после того как Сигель получил по заслугам, занялся бизнесом самостоятельно.
— Каким бизнесом?
— Тайная служба предупреждения букмекеров, торговцев наркотиками, проституток, всех тех, кто делает быстрые и грязные деньги. Он действительно был миллионером, даже, можно сказать, мультимиллионером. Только в «Казбах» он вложил миллион.
— Не понимаю, зачем тогда ему было заниматься шантажом?
— Он действовал в традициях Синдиката. Для мафии шантаж является одним из основных способов достичь власти. Да, ему не нужны были деньги, ему требовалось положение в обществе. Использование в своих целях имени Симона Граффа давало ему возможность легализоваться и даже приобрести некоторый вес в официальных кругах.
— А я помогла ему. — Ее лицо так исказилось, что казалось почти уродливым. — Я сделала это реальным. Мне следовало бы откусить себе язык.
— Но прежде я хотел бы, чтобы ты объяснила, что ты имеешь в виду.
Она порывисто вздохнула.
— Ну так вот. Прежде всего надо вам сказать, что я работаю медсестрой в санатории для психически больных людей.
Она замолчала. По всему было видно, что ей нелегко начать.
— Твоя мать сообщила мне об этом, — попытался я помочь ей.
Девушка искоса взглянула на меня.
— Когда вы встречались?
— Вчера.
— И какого вы о ней мнения?
— Она мне понравилась.
— В самом деле?
— Мне вообще нравятся женщины, я не слишком придирчив.
