Мы вышли из здания. Стало свежо, наступил поздний вечер. Время с Тристаном пролетело незаметно, что досадно: мне казалось, мы провели вместе максимум час, но на деле – больше двух. Теперь у меня почти не оставалось времени на домашнее задание по теории музыки. Очередное доказательство того, что Тристан меня отвлекал, поэтому я решила отбросить все мысли о нем в сторону. Ни при каких обстоятельствах нельзя с ним связываться: мы всего лишь партнеры по семестровому проекту! Возможно, между нами и появилось незначительное влечение, но не более.
– Пришли, – сказал Тристан, когда мы наконец добрались до общежития.
– Спасибо, что проводил, – ответила я как можно более сухо, но мой голос осекся.
– До завтра, и спасибо за прекрасный вечер. – Тристан на мгновение меня приобнял. Прикосновение было таким неожиданным, что я замерла. Мне абсолютно не нравилось обниматься, но с ним это оказалось довольно приятно. Тристан излучал тепло, напоминающее уютное одеяло прохладным летним вечером, однако я была не в состоянии пошевелиться. Он заметил мою неуверенность и отстранился, затем несколько смущенно провел рукой по волосам.
– До встречи. – Я подняла руку на прощание. Тристан с улыбкой кивнул, развернулся и направился в сторону общежития В. Я ненавидела себя за то, что смотрела ему вслед, улыбаясь во весь рот, все еще не в силах сдвинуться с места.
Я стояла и ждала, нервно стуча кончиками пальцев по стене за спиной, но, как нарочно, никто не приходил. Мимо прошла группа девушек, глядя на меня так, будто у меня что-то с лицом. Они переговаривались и шушукались, но мне было все равно. Я научилась абстрагироваться от сплетен. Еще в Кардиффе некоторые компашки высмеивали меня за слишком большие глаза, челку или за старательность и желание чего-то добиться в будущем. Те, кто привык говорить о других, всегда найдут,
Тристан уже давно должен был вернуться. Мы договорились, что сегодня начнем мозговой штурм нашей композиции, но он настоял, чтобы перед этим зайти к ректору и попросить для нас помещение. В этом не было необходимости, так как для начала мы могли бы позаниматься в библиотеке, а так мы попросту тратили время, которого у нас, вообще-то, кот наплакал.
Через десять минут я уже была готова смириться с тем, что сегодня не увижу Тристана, но, как только я собралась проверить, где он, Тристан промчался по коридору, позвякивая ключами. У него на лбу подпрыгивала светлая прядь волос.
– Почему так долго? – слегка раздраженно спросила я.
– Потому что другие студенты тоже идут к ректору, когда им что-то нужно, – насмешливо ответил он. Остановившись передо мной, он вытер вспотевшее лицо рукавом рубашки. – К тому же, чтобы выделили репетиционную, нужно заполнить бланк.
Тристан вставил ключ в замок и открыл дверь.
– Ты могла бы уже начать делать записи.
– Мне неудобно писать стоя.
– Присела бы на корточки.
– Пол очень грязный.
Тристан посмеялся.
– Не грязный, иначе семестр бы столько не стоил.
– Ладно, ты прав, – согласилась я, закатив глаза. Да, мне можно было начать готовиться, но, честно говоря, я не подумала об этом, так что глупо было на него наезжать.
Помещение было небольшим, не похожим на то, в котором проходили мои индивидуальные занятия. Рояля здесь не было, только пианино, но на первое время этого хватит. В любом случае через три недели начинались репетиции в концертном зале.
Я положила сумку на один из стульев и пододвинула второй так, чтобы Тристан мог сесть напротив меня. Затем аккуратно разложила на столе все необходимые материалы: бумагу, чистые нотные листы и футляр для карандашей.
Когда я снова подняла взгляд, Тристан ехидно улыбался.
– Что?
– То, как ты подготовилась, достойно восхищения. – Он откинулся на спинку стула. Перед ним лежали лишь лист бумаги и один-единственный карандаш.
Я скептически подняла бровь.
– Если так посмотреть, пусть лучше хотя бы
– Оправдаюсь: я думал, что сегодня мы просто сделаем пару заметок.
– В твоем черновике больше, чем
– На следующей неделе принесу больше, обещаю.
– Хочется верить, – притворно сердито ответила я.
Тристан наклонился вперед и оперся руками о стол. Чем шире он улыбался, тем глубже становились ямочки на его щеках, из-за чего мне было невероятно трудно на него злиться, очень уж мило это выглядело. Возможно, было бы лучше, если бы я работала с Николь или Клэем, но распределение уже случилось и отменить его было нельзя.
Я прокашлялась и сконцентрировалась на бумаге перед собой.
– Ладно, начнем. Задание звучит так…
