– Пол такой же, каменный. И желобки для колес, чтобы ворота открывать. Какой-то огромный зал… И, по-моему, совершенно пустой. Если тут были грабители, то они постарались на славу, все подчистую выгребли.
Он огляделся, изучил пол под ногами и плиты перекрытия над головой – все было неподвижным и казалось вполне надежным – и с некоторым усилием протиснулся в проем. Флоренс, опустив видеокамеру, торопливо зашагала к воротам.
– Подожди, Алекс!
– Я здесь – и не собираюсь никуда исчезать.
Флоренс проскользнула в проем вслед за Батлером и тут же чуть не наткнулась на спину ареолога. Медленно поворачиваясь на месте, они обследовали фонарями пространство за воротами, но ничего не обнаружили. В обе стороны от входа тянулись такие же, как в переходе, каменные, грубо отшлифованные голые стены. А что там было дальше, в глубине зала, оставалось неизвестным, потому что свет фонарей просто растворялся в темноте. Потолка он тоже не достигал.
– Не густо, – констатировал Батлер, медленно шагая к центру зала. – Тешу себя лишь мыслью, что Сфинкс – сооружение циклопическое, и здесь должно быть полным-полно всяких залов, коридоров и прочих помещений. В том числе, наверное, и потайных. Так что, надеюсь, где-то что-то должно остаться. Только не нам уже это все исследовать. Мы так – пройдемся прогулочным шагом, еще Свена и Лео сводим сюда на экскурсию – большего не дано.
– Думаю, у нас есть шанс попасть во вторую экспедицию. – Голос нанотехнолога звучал почти ровно. – Все-таки кое-какой опыт приобрели. – Флоренс шла чуть сбоку и сзади ареолога и поводила из стороны в сторону головой, стараясь выхватить лучом фонаря из мрака хоть какой-нибудь предмет. – Не знаю, как ты, а я обязательно буду добиваться.
– Я тоже.
Некоторое время они продвигались вперед молча, а потом Флоренс вновь заговорила:
– И все-таки здесь… как-то жутковато… Темнота, тишина совершенно безжизненная…
«Смерть раскинет свои крыла…» – вдруг вспомнилось ей.
В этот момент справа от них возникло какое-то свечение. И тут же, опровергая слова Флоренс насчет тишины, за спинами астронавтов раздался громкий зловещий скрежет…
Эдвард Маклайн, почти навалившись грудью на изогнутую в обратную от него сторону широкую панель, сидел перед мониторами и едва слышно постукивал пальцами по светло-серому пластику. В отсеке было тихо, и тихо было в бесконечном космосе, раскинувшемся за бортом «Арго». Тихо и одиноко… Далеко внизу простиралась чашеобразная рыжая громада Марса, затуманенная флером желтоватых облаков, где-то вверху, в стороне от корабля, кружил по своей орбите темный пыльный Фобос, а еще выше – такой же темный Деймос, два огромных небесных камня, в былые времена захваченные полем тяготения Красной планеты. И Фобос, и Деймос находились вне пределов видимости бортовых камер, и на правом от командира экране застыла только одна картинка: высохшее древнее море и равнина Кидония. Точнее, картинка только казалась застывшей – сосредоточив на ней взгляд, можно было заметить, что облака медленно перемещаются над рыжей поверхностью, подобно причудливым расплывчатым фигурам гигантской карусели. Корабль же вращался по орбите в одном темпе с планетой и потому казался привязанным невидимым тросом к равнине. Словно аэростат заграждения, защищающий объекты Кидонии от налета каких-нибудь космических бомбардировщиков. Облака не позволяли разглядеть место посадки модуля, однако Маклайн был уверен в том, что у его коллег все идет по плану. И пусть по совершенно непонятным причинам почти не действовала радиосвязь, и сюда, на борт, прорывались только обрывки сообщений, – но и из этих обрывков можно было понять, что экспедиция работает без чрезвычайных происшествий. К тому же, если бы возникли какие-то неблагоприятные или угрожающие обстоятельства – например, не дай бог, серьезная поломка модуля, – то даже при полном отсутствии радиосвязи группа Батлера пустила бы в ход сигнальные ракеты. А не заметить их с орбиты очень трудно – разве что если закрыть глаза.
Да, были какие-то непонятные багровые вспышки… Был удивительный фиолетовый луч, пробивший вечерние облака, – словно снизу направили на «Арго» сверхмощный прожектор, – но это вспыхивали отнюдь не сигнальные ракеты, три желтые и три зеленые, как предписывалось инструкцией. Это были какие-то атмосферные явления. Игру багровых огней бортовые камеры зафиксировали, а вот никаких следов луча в записях приборов не обнаружилось. Радиосвязь пропала именно после загадочных вспышек… Хотя это могло быть простым совпадением: после них – еще не значит, что из-за них. Ломать голову над причинами таких феноменов – дело специалистов. Его же задача, задача командира Первой марсианской, – обеспечить доставку на Землю золотых запасов Кидонии.
Командир очень надеялся, что эта задача будет выполнена. Вернее, эта задача должна быть выполнена. Бывший военный летчик-истребитель полковник Маклайн привык рассуждать именно так. Так его учили, и это полностью совпадало с его воззрениями на жизнь и поведение человека в мире.
