– Во-первых, никакой калитки, тем более открытой, пока не наблюдается, – ответил Батлер. – Во-вторых, общаться с командиром сейчас, сам знаешь, трудновато. А в-третьих, вот найдем калитку – если найдем, – тогда и будем думать. Я руководитель, мне и решение принимать. Давай, Свен, иди, работай.
– Ладно, – сказал Торнссон. – Слушаюсь и повинуюсь. Конец связи.
Они прошли еще несколько десятков метров в тишине древней галереи, прежде чем Флоренс нарушила молчание:
– А в самом деле, Алекс, если мы обнаружим вход… Ты говорил, что предписание есть у Эд… у командира, а с тобой эту тему конкретно не обсуждали. Мы что, просто постоим там, полюбуемся пейзажем и вернемся?
– Ну, почему просто постоим и полюбуемся? Запечатлеем. – Ареолог похлопал рукой по висящей на поясе видеокамере. – Да что гадать, Фло! Сначала дойти нужно, а там… – Батлер замолчал, словно окончание фразы встало у него поперек горла, и торопливо сделал шаг назад.
– Что? – встревоженно спросила Флоренс.
– Кажется, наступил на что-то…
Они направили свет фонарей вниз, и Алекс присел, вглядываясь в след своего ботинка, отпечатавшийся в толстом слое пыли. Протянул руку и поднял с пола какой-то предмет.
– Камень? – неуверенно предположила Флоренс.
Но это был не камень. На ладони ареолога лежала небольшая двояковыпуклая, гладкая на вид вещица, подобная правильному кресту с равновеликими сторонами и двумя небольшими сквозными отверстиями посередине. Алекс осторожно провел по ней, очищая от пыли, и находка мягко засияла отраженным светом, сделавшись очень похожей на изделие из земного янтаря.
Да, янтарь – это было первое, что пришло на ум Батлеру, и слова нанотехнолога подтвердили его мысль.
– Ой, янтарный крестик! – с детским восторгом воскликнула Флоренс и совсем как школьница попросила: – Дай мне, Алекс!
Ареолог выпрямился и опустил находку в ее подставленную ладонь. Флоренс поднесла вещицу к шлему, рассмотрела со всех сторон.
– Это украшение, Алекс, – заявила она. – Не деталь, не блок, а именно украшение, я женским чутьем чую.
– Да, женское чутье – сильная вещь, – улыбнулся Батлер. – Может быть, ты и права. А может быть, некто, проезжая здесь в колеснице или, скажем, на мотоцикле, потерял пуговицу от плаща, которая давно уже еле-еле держалась на одной нитке.
– Пуговицу? – переспросила Флоренс, любуясь переливами света в глубине марсианского «янтаря». – Что ж, возможно. Пуговицы тоже бывают украшениями.
– Во всяком случае, вряд ли это атрибут культа… хотя… – Батлер взглянул на Флоренс. – Кто сказал, что миссия Иисуса ограничивалась только Землей? Что если он воплощался в разных мирах? Прячь в карман, Фло, только не потеряй – эта штучка, думаю, будет подороже, чем все сокровища Голконды.
Флоренс еще раз потерла вещицу, бережно опустила в карман и для надежности трижды похлопала по «липучке».
– Господи, просто не верится… Видела бы моя маленькая Мэгги… – Она вздохнула. – Неужели нам так-таки ничего и нельзя будет рассказать? Придется шептать в тростинку…
– Думаю, что долго держать все в тайне не придется, – успокоил ее Батлер и вновь двинулся вперед, в темноту. – Честно говоря, мне вся эта сверхсекретность очень и очень не по душе. Чувствуешь себя каким-то мелким обманщиком. Действуем у всех за спиной, втихомолку…
– Мне тоже не по душе, – призналась Флоренс. – Но отказались бы мы – сейчас здесь шли бы другие.
– То-то и оно… Далеко не каждый может похвалиться тем, что его мечта сбылась. А я – могу…
Некоторое время ареолог шел молча, внимательно глядя себе под ноги. Флоренс тоже старательно всматривалась в пылевой ковер, надеясь обнаружить еще что-нибудь в этой длинной галерее. Потом Батлер хмыкнул и сказал:
– Мне вдруг представилась такая забавная ситуация: наступаю я на что-то, поднимаю, – а это банка из-под пива. Наша банка, самая обыкновенная. «Сэм Адамс». Или «Лайф». Или тюбик от зубной пасты.
– Да, «Шеффилд»! – сразу включилась Флоренс. – Или надпись вот здесь, на стене: «”Пингвины”[14] – лучшие!».
– «Микки Рурка на пенсию!» – подхватил ареолог. – Представляешь свои ощущения?
Флоренс отрицательно покачала головой:
– Нет, не представляю. Наверное, глубокий шок – навсегда. Во всяком случае – надолго.
– Как у того парня, что нашел вполне современный гвоздь в глубокой шахте, в глыбе горной породы. А насчет банки из-под пива… Читал я в детстве что-то такое, братец Ник притащил… Я тогда фантастику вообще глотал, как попкорн… Прибыли такие, как мы, астронавты-исследователи на далекую-предалекую планету, через всякие подпространственные гипертоннели, на запуск уймища энергии ушла… Выбрались из своего шаттла, а на скале баллончиком-распылителем выведено: «Здесь были Джон и Мэри». Без всяких технических ухищрений туда попали, просто Джон этот обещал показать своей возлюбленной далекие неземные края. И показал…
– Красиво… Перенеслись силой любви.
– Вот-вот. Мы даже и не подозреваем о своих настоящих способностях.
– С тобой не соскучишься, Алекс.
