Диана отшатнулась.
– Это не человек! Это… инопланетянин! Наверное, марсианин…
Пожав плечами, Матвей усмехнулся.
– На человека он действительно мало смахивает, но это человек, скорее всего, он жертва кровосмесительного брака… Цари женились только на особах царской крови, желательно из собственной семьи…
– Ты уже это говорил, – нервно хихикнула Диана. – Но этот уродец на человека не похож. Он точно инопланетянин, – она нагнулась ниже над останками. В глаза ей бросились на запястьях рук существа бронзовые браслеты. – Смотри, оно в украшениях, может, это женщина?
Разглядывая мумию, Матвей хмыкнул:
– Нет, это мужчина, видишь, на нем остатки сгнившей одежды, напоминают шкуру леопарда. На шее украшение, на руках браслеты.
Только сейчас Диана разглядела в останках в области шеи и груди массивное украшение.
– А что у него с головой?
Матвей осторожно приподнял мумию и осмотрел череп. В остатках истлевших рыжеватых волос на затылке зияла приличная дыра.
– Похоже, смерть насильственная. Кто-то при жизни проломил ему череп, – вздохнул он. – Неужели это сделал Сет?
– Что за Сет? – удивилась Диана.
– Брат Осириса – Сет – убил своего брата Осириса…
– Ничего себе братец, – возмутилась Диана.
Вернув голову мумии на место, Матвей глубокомысленно произнес:
– Каин убил Авеля, вечный сюжет, люди по своей сути хищники, в них много чего намешано, ты когда-нибудь копалась в своем подсознании? – насмешливо спросил он. Диана отрицательно покачала головой. – А я копался, скажу тебе, опасное это дело, вон ученый Карл Юнг занялся этим основательно и головой съехал… А его научные дневники до сих пор не опубликованы, держат в секрете…
Вздохнув, Диана промолчала, но, разглядывая мумию, поинтересовалась:
– А почему у него золотой маски нет на лице?
– Видимо, маски появились позже, – вздохнул писатель. – Меня другое поразило – мумия по всем правилам забальзамирована, долгое время выдерживалась в соляном растворе, значит, египтяне давно, задолго до пирамид, знали секрет длительного сохранения мертвого тела…
Нагнувшись над саркофагом, Диана продолжила разглядывать мумию.
– Все равно для того времени, наверное, богатое захоронение…
Пытаясь снять с кисти мумии браслет, Матвей оставил свою попытку и задумчиво изрек.
– Нет, это не Осирис, скорее всего, это неизвестный царь, погибший в бою…
– В отличие от тебя, я уверена, что это Осирис, покровитель мертвых, и гроб у него черный, как вечная ночь…
Ошеломленные находкой, Матвей с Дианой вернулись в комнату-склад.
– Что-то у меня настроение никудышное, – вздохнула Диана, усевшись на спальный мешок. – Нехорошее предчувствие мучает меня. Интересно, что завтра будет?
– Завтра мы отдадим Саиду книгу мертвых и анкх – крест жизни, а дальше куда кривая выведет, – фыркнул Матвей. – Меня самое главное волнует, как вынести отсюда папирусы Сененмута. Саид ведь завтра наверняка рюкзаки начнет проверять, не стащили ли мы что-нибудь ценное отсюда.
– Пусть проверит, а мы свитки за шахтой спрячем, а перед уходом назад в рюкзак положим…
– Посмотрим, – нахмурился Матвей. – Но сама понимаешь, развязка наступит в ближайшие дни, так что нужно быть готовыми ко всему…
– Вроде я устала, а спать не хочется, – печально проговорила Диана. – Может, дочитаешь рукопись Сененмута…
– Дочитаю, только давай перекусим, а то я голодный как волк…
Сделанные Дианой бутерброды несколько улучшили их настроение.
Диана залезла в спальник, а Матвей поставил рядом с собой фонарь, устроился поудобнее и начал читать.
Фивы. 1473 год до нашей эры
После жестокого сражения, когда Сененмут отбил в кровавой битве у врагов своего царя Тутмоса II и спас его от неминуемой смерти, фараон в знак благодарности назначил его чати(министром) и одновременно начальником отряда его личной охраны.
По этому случаю Тутмос II пригласил героя во дворец и прислал за ним колесницу.
В сопровождении царского слуги Сененмут с трудом пробрался сквозь большую толпу народа, запрудившего улицы вблизи дворца, прошел среди снующих в коридорах царедворцев в зал, где на золотом троне восседал фараон Тутмос II. Справа от него сидела прелестная царица Хатшепсут. Царица была в пурпурном царском одеянии из вышитого шелка. На груди и руках посверкивали золотые украшения. Взгляд ее серых прекрасных глаз был рассеянным и усталым.
Когда фараон поманил к себе Сененмута, Хатшепсут обратила внимание на молодого воина. В отличие от ее мужа, он был строен и хорош собой. Его мужественное лицо дышало благородством и отвагой, а темные горящие глаза говорили о натуре страстной и сильной.
Сененмут произвел на Хатшепсут такое сильное впечатление, что она побледнела и в бессилии откинулась на спинку трона.
Фараон заметил растерянность супруги и наклонился к ней:
– Тебе плохо, Хатшепсут?
– Да, что-то голова закружилась, от жары и запаха благовоний, думаю, это пройдет…
Зазвучали трубы, фараон – болезненный, тучный мрачный мужчина – встал и подал руку супруге.
