Я посмотрела на пол. На каменных плитах растянулись трещины, напоминающие густые ветки.
— Соггоры всегда были бдительными, и многое понимали, но у нас есть некоторый недостаток, не позволяющий нам вовремя остановить того, кто несет угрозу. Мы до последнего ждем и надеемся на лучшее. И когда соггоры узнали о желаниях брата Гар’хорта, взвесили все риски, рассудили, что людям рано давать свободу. Кто знал, что беловолосые шан’ниэрды так активно схватятся за идею, о которой правители хотели тихо забыть? Если бы другие расы узнали о их тайне, о том, что река Истины укрепляет Единство и дарует больше сил, то развязалась бы война.
— Она и без того развязалась, — глухо произнесла я.
— Развязалась, — в тон мне согласился он. — Соггоры не могли дать людям свободу. Друг Гар’хорта показал, что люди не только терпят, как гелдовы, не только живут полной жизнью, как фангры, если дать им волю, но и, обладая жадностью эльфов, могут атаковать, как васоверги. Асфирель, если вы получаете хоть немного превосходства над другими, то стремитесь подчинить. Вы, как беловолосые шан’ниэрды, не готовы принимать чужие предпочтения, не готовы мириться с ними. Почему-то видите в них угрозу и подавляете.
— Неправда, — слабо воспротивилась, покачивая ногами. — Сейчас люди в Фадрагосе…
Замолчала. Сейчас люди в Фадрагосе — низшая раса. Без Единства, мы еще и слабые, но при этом…
— Если сейчас рассказать об этом всем, вам все равно не поверят, — твердо произнесла я.
— Кто-то поверит, — равнодушно отозвался соггор, тоже покачивая ногами в темп мне. Все еще не теряет надежды стать моим наставником? Пытается вызвать симпатию, подражая. — Но тот, кто поверит, захочет отомстить Энраилл. Мир погибал, Асфирель. Расы истребляли друг друга, ненависть стала похожей на запутанный клубок крепких нитей. Те, кто хорошо знает историю предков, поймут, почему Энраилл отобрали Единство.
Он снова тяжело вздохнул, и я договорила вместо него:
— Но те, кто далек от высших гильдий, будут считать, что соггоры и Энраилл просто не позволили от рождения сильным расам стать еще сильнее. Да, васоверги и виксарты будут крайне расстроены.
— И не только они. Вольный, пришедший с вами, немногим похож на истинного беловолосого шан’ниэрда. Поверь, они начнут искать вариант, как победить проклятие и получить Единство с помощью реки Истины.
— А если сообщить, что самой сильной расой в итоге станут люди?
— Тогда сначала убьют вас, а потом начнут искать способ снять проклятие. И попутно уничтожат всех, кто все это время защищал Энраилл. И в этом даже есть какая-то ирония, ведь первыми пострадают те, кто хранит и распространяет искаженные знания о них. Мудрецы, Энраилл… Первыми пострадают они же сами.
Я насторожилась. Украдкой глянула на соггора.
— Ты же знаешь о мудрецах? — спросил он. В черных глазах почудился лукавый блеск.
Зачем спрашивает, если уже открыто сообщил о них?
— А Кейел, случаем, у вас не учился? — язвительно поинтересовалась, стараясь разгадать намерения старика.
— К сожалению, нет, — улыбнулся, отчего края шелушащейся кожи на подбородке блеснули, — но он учился у Десиена, а я много времени проводил рядом с этим хитрым балкором.
Я хмыкнула, но поддерживать разговор о троице, окутанной мраком и тайной, не стала. Запутаюсь еще больше кому можно доверять, а кому нельзя. Тут хоть бы в непростой истории Фадрагоса разобраться, раз уж внутри все горит и толкает к этому. Если я вестница, неужели меня ждет банальная смерть в конце пути? Зачем мне нужны все эти знания?
— Энраилл оклеветали соггоров, а они просто ушли, — проговорила я, склоняя голову к плечу. — Потеряли дом, силу, а к власти пришли мудрецы. Пусть и правят регионами правители, но сила все равно в информации. Получается Энраилл обманом отобрали у вас все, а вы смиренно простили и теперь выживаете на севере, вдали от дорогих сердцу духов. Неужели ни капли не обидно?
Вдруг кому-то из соггоров действительно обидно за такую историю и у него есть сила, позволяющая отомстить. Мотив… Силы недостаточно, нужны еще и знания. Значит, такой соггор хорошо знает историю и имеет доступ к любой информации. Соггор близок к власти…
Быть может, Десиен прав насчет наставника. Что если я вестница, которая ищет ведьму? Мой скепсис и взгляд со стороны позволяет непредвзято относиться к истории Фадрагоса. Может, и так. А когда найду ведьму, то что? Наверное, Единство позволит мне стать сильнее и победить ее. Победить ли, с учетом того, что я чувствую смерть впереди своего пути?..
Тем временем наставник ответил:
