— Соггоры никогда не тащили никого к себе силком. Мы не стремимся править, а всего лишь хотим жить в лучшем мире. В лучшем из возможных. И если бы не люди, возможно, наш мир давно достиг того же прогресса, о каком ты рассказывала Аклен’Ил. Не удивляйся, дитя, многие, кто допущен к правлению, наставничеству и развитию, могут ознакомиться с отчетами.
Моя жизнь ни для кого не секрет. А я ведь обо всех этапах своего взросления рассказывала…
Наставник будто не заметил, что я поморщилась, — продолжил:
— По тем крупицам истории, которые передавались от верховных правителей к другим верховным правителям, мы знаем, что люди вышли к васовергам из леса. Тогда Великий лес, или иначе Вечный, обходили стороной. Никто и не думал, что там, среди опасной нечисти, живут эльфы. Нечисть не покидала пределы этого леса, не трогала нас, а мы не трогали ее. А люди откуда-то взялись там. И если эльфы с рождения обладали Единством, что позволяло им защищаться от нечисти, ценили дары природы, чувствовали лес, то люди принялись бездумно уничтожать его. Они были чужды ему, как и он им.
— То есть люди в вашем мире появились из ниоткуда? — насторожилась я.
— Мы не знаем. Может, они жили где-то так же тихо, как жили в глубине леса эльфы, но, как и балкоры, были изгнаны из своего дома. Но гораздо позже, когда эльфы показались, фадрагосцы узнали от них, что в первый раз вашу расу заметили в Вечном лесу. Людей было много, но с нечистью они не справлялись. Гибли, боролись, уничтожая попутно дары природы, а затем подожгли лес, что, само собой, не понравилось эльфам. Тогда они прировняли вас к вредителям и прогнали. Избавившись от вас в своих владениях, эльфы толком не успели прийти в себя, как из-под земли появились балкоры. Эльфы больше не ждали от других рас ничего хорошего, не стали наблюдать со стороны, надеясь на проявление чуткости от неизвестных существ, а вооружились и напали на балкоров, загоняя их обратно в горы…
Но об этом стало известно гораздо позже. После того, как Фадрагос охватила война…
Когда посланец соггоров посетил васовергов с дипломатическим визитом, он расспросил о невиданной расе, но четырехрогие лишь пожимали плечами. Человеческий язык не понимал никто, люди умирали от самых простейших болезней, но зато никак не реагировали на какие-то серьезные для Фадрагоса заболевания или яды. Некоторый дурман и вовсе не действовал на их организм. Истинные правители Фадрагоса ухватились именно за эти отличия, чтобы воздействовать на васовергов и добиться свободы людей. Но воинственную расу не трогали никакие болячки, чтобы заботиться о поисках противоядий, — они отказывались отпустить добычу на волю ради пустяков. Осторожные и длительные просьбы соггоров не приносили никаких результатов, кроме того, что о людях узнали во всем Фадрагосе, и васоверги смогли успешно ими торговать.
Сначала людей покупали сами соггоры, чтобы научить принятым порядкам и освободить, осторожно присматривая за ними со стороны. Совсем немногих и без особой огласки. Другие покупали, оставляя в рабстве, или ради изучения, а позже — ради престижа. Содержать дома людей было показателем высокого статуса и богатства. Со временем, через пару поколений, люди окрепли и позабыли непонятный язык, а их поведение стало соответствовать всем нормам. И задумка соггоров медленно двигалась к успеху. Однако лишь до той поры, пока к власти васовергов не пришел кровожадный Гар’хорт, сын вождя далекого южного племени.
Васоверг, воспитанный в жестоких условиях, придерживался старых традиций и взглядов своего народа, во многом перенятых от викхартов, занимающих большую часть южных земель. Соггоры пытались направить васовергов по пути развития, помогали им освоить науки, учили торговле. Гар’хорт увидел в этом высокомерие, снисхождение и насмехательство. Ему не нравилось думать, что расы умнее, могут считать его глупцом. «Васоверг не может принимать чьей-то помощи, это васоверга должны молить о ней, или о пощаде» — так думал юный и свирепый Гар’хорт.
Однако с людьми у него складывались нетипичные отношения. Он интересовался ими, они его забавляли. Один из человеческих юнцов, развлекая Гар’хорта за ужином, посоветовал ему дать людям шанс на свободу. И Гар’хорт послушал его. Слабых мужчин он убил, а женщин оставил рожать васовергов. Сильным же людям, независимо от пола, предложил присоединиться к его воинам. А хитрый человеческий юнец — чье имя со временем было забыто, — в последствии стал лучшим другом Гар’хорта. Позже они даже прошли кровавый ритуал, породнивший их.
