— А если за этим убийством стоит кто-то, кого в особняке на момент преступления не было? — резонно спросила мадмуазель Деллоуэй.
— Тогда нам нужно выявить исполнителя и узнать у него имя заказчика. Но сначала стоит понять, кем была сама жертва… Все, хватит. Если будем и дальше рассуждать, то засидимся до ночи. Продолжим допросы.
И они продолжили. Продолжили до тех пор, пока у Вестэля не начала болеть голова, а у Лидии — ноги. К пяти часам вечера поток слуг, наконец, иссяк. Недопрошенным остался только Ольфсгайнер, к которому они и направились.
Вестэль смог выскользнуть из своих мыслей только тогда, когда они уже дошли до кабинета дяди, и его рука коснулась нежной девичьей кожи. Лидия, которая взялась за ручку двери одновременно с ним, поспешно отдернула пальцы. Ей вдруг вспомнился ночной инцидент в тайном коридоре, и настроение мисс Деллоуэй сразу же поползло вниз.
Маркиз также вспомнил ночное приключение, но эмоции его были абсолютно противоположными. После своей первой влюбленности в дочку соседского помещика год назад он перестал полностью доверять девушкам. Вообще, по геральдхофским традициям, невеста Вестэлю должна была быть выбрана ко дню его семилетия. Маленькие жених и невеста должны часто встречаться и привыкать друг к другу на протяжении нескольких лет, пока им не придет пора сыграть свадьбу. Так, например, было бы у Северина Вельфа и Сесилии Дамберг, если бы невеста не свернула себе шею в день своей свадьбы. Однако десять лет назад, когда наступило подходящий момент для помолвки, опекуну Вестэля, его дяде, пришлось взять на себя титул и обязанности убитого старшего брата, и он на два года оказался занят серьезными делами в Скайдоне. Поэтому время, которое предназначалось для невесты, юноша провел вместе со своим новоявленным камердинером. А в шестнадцать лет, приехав на каникулы в родные пенаты, Вельф-младший впервые влюбился. Ольфсгайнер, наблюдающий за развитием событий со стороны, не мог назвать чувства молодого господина чем-то серьезным, однако эмоции вскружили юному маркизу голову не хуже алкогольного напитка. Скованность своего объекта влюбленности юноша принимал за смущение, попытки ускользнуть от общения с ним — за заигрывание. Прозрение наступило внезапно, когда возлюбленная сбежала из дома вместе с новым управляющим своего отца. Вестэль впал в непродолжительную депрессию, из которой его вывел верный камердинер, на охоте «случайно» едва не прострелив своему господину ногу. Несостоявшаяся возлюбленная, которая, по сути, ни в чем не виновата, была сочтена юношей «гнусной, хотя и хорошенькой, предательницей». А вот воспоминания о собственных безумствах, совершенных во имя любви, едва не заставили Вельфа-младшего проредить собственную шевелюру. Процесс осознания собственной глупости приходил у маркиза настолько тяжело, что он почти сделал новую ошибку, но вовремя одумался и не стал давать самому себе обещание подстричься в монахи и принять обет безбрачия. К счастью для рода Вельфов, незаметно подкралось время выпускных экзаменов в геральдхофском лицее и внимание Вестэля отвлек на себя гранит науки. Но прошлого не вернуть, и доверие юноши к девушкам было подпорчено.
Внезапно возникшая на его горизонте невеста заинтересовала его не только из-за намеков дяди. Сегодня Вестэль осознал, что Лидия Деллоуэй может стать для него надежным напарником по приключениям. Также, исходя из интуитивного анализа ее характера, он понял, что из трех мадмуазель, присутствующих в особняке на данный момент, только младшая из них могла обнаружить тайный ход и бесстрашно ринуться на его освоение. А еще за какие-то жалкие три часа не оставить в его комнате ни одной неоскверненной вещи.
«И все же ее волосы так чудесно пахнут», — подумал Вестэль, когда их пальцы соприкоснулись на ручке двери. Не давая себе больше времени на лишние мысли, он распахнул дверь кабинета. Маркиз сделал шаг внутрь и замер у порога. Сначала он не смог понять, почему дядя Северин и Адаль стоят столь близко друг к другу. А потом его глаза привыкли к полутьме помещения, и Вельф-младший все увидел в подробностях.
— Что? Почему вы замерли? Что там такое? — удивленно спросила сзади Лидия и в нетерпении похлопала юношу по плечу.
Вместо ответа Вестэль развернулся, молча отодвинул девушку от порога и медленно, словно он замерз на морозе, вышел из кабинета.
— О! Ого! Ничего себе!.. — неслись ему вслед изумленные возгласы мадмуазель Деллоуэй.
Открыв дверь в первую незапертую, Вестэль прошел до середины комнаты и сел на какой-то предмет. То, что он увидел сейчас в кабинете, ошеломило маркиза Бербандии гораздо больше, чем обнаруженный утром труп. В конце концов, именно Вельф-младший первым нашел тело Энтони, когда Кэрри повесила его на дереве. И чувства служанки к новому садовнику были для него гораздо более понятными, чем то, что происходило между его дядей и его камердинером.
