Девушка невольно смотрела на маркиза, шедшего справа от нее, и думала. Первый час их тесного знакомства обоим дался нелегко. Они категорически отказывались учитывать мнение друг друга, из-за чего после первой же попытки разговора произошла тихая, но оттого не менее неприятная ссора, которая породила напряженное молчание. Из-за этого напряжения у обоих заныли плечи. Лидия вспомнила то, чему ее учила мадмуазель Гирэ, и попыталась завести непринужденный разговор о погоде. Но то ли у девушки было скудное воображение, то ли серое небо за окном не способствовало хорошей беседе. Разговор не состоялся. Атмосфера продолжала нагнетаться после каждого допрошенного слуги. И когда уже стало казаться, что следователям предстоит провести несколько часов в аду наедине друг с другом, как Вестэль разрядил обстановку, предложив собрать все доступные улики воедино и проанализировать их.
— Мистера Блума убили в малой гостиной между двенадцатью и часом ночи, — начал он, поставив локти на стол и сложив пальцы домиком. — Я осмотрел тело и не обнаружил других следов смерти, кроме колотой раны в груди. Если только преступник не воспользовался дорогим и хитрым магическим ядом, который не оставляет улик, то убийство было совершено столовым ножом, который остался в теле жертвы. Столовый нож отличается от обычного кинжала — его конец тупой. Чтобы убить кого-то им, нужно очень сильно постараться. Преступник обладает недюжинной силой, поэтому членов вашей семьи, мисс Деллоуэй, мы можем полностью исключить.
— Само собой, — насмешливо фыркнула Лидия, сложив руки на груди. — Но почему вы тогда не исключили всех слуг женского пола? Думаете, они способны на такое?
— Способны, — твердо ответил Вестэль. — Как я не раз убеждался, все служанки этого особняка изо дня в день выполняют много тяжелой работы, и они довольно сильны физически. Когда я еще был совсем маленьким, случился один неприятный инцидент. Тогда на работу впервые наняли нового садовника. Энтони был хорошим, работящим парнем, но имелся у него один небольшой изъян: он слишком любил женщин. И однажды поплатился за свое распутство. Кэрри была хорошенькой горничной, примерно вашего возраста. Она только-только поступила к нам на службу, заменив свою мать. Я помню, какой веселой и доброй девушкой она мне тогда казалась.
Энтони крутил перед ней хвостом, и в результате Кэрри влюбилась в него и позволила себя соблазнить. А потом бедная девушка узнала, что он имеет несколько любовниц в городе, и вовсе не собирается на ней жениться. Она не знала, как рассказать об этом своим родителям. И от осознания своего бесчестия Кэрри сошла с ума, задушила несостоявшегося жениха его же собственным поясом и повесила его на дереве, которое служило местом их встреч и которое стало символом их любви. Не знаю, что с ней потом стало, так как я ее никогда больше не виде… С вами все хорошо?
Побледневшая Лидия упрямо подняла подбородок и посмотрела на собеседника горящим взором. Ее живое воображение тут же показало девушке молодого парня с посиневшим и перекошенным лицом, висящим в петле на ветке разлапистого дуба. Ей припомнился запах разлагающегося трупа из гостиной, и в горле как будто образовался комок. Однако младшая мадмуазель Деллоуэй не любила выглядеть слабой. И для этого ей нужны были слова.
— Все в порядке, — чуть хрипловатым голосом произнесла она. — Просто я подумала, что если подобное произошло со мной, то я повесила бы этого подонка не на ремне, а на его собственных кишках. Мужчина, который обманывает женщину, не имеет права ходить по земле с сердцем в груди!
— О, — удивленно выдохнул Вестэль, впервые по-новому посмотрев на свою напарницу.
Раньше она казалась ему просто надоедливой девицей, жаждущей влезть туда, куда не надо. В его глазах Лидия так и осталась авантюристкой, но маркиз впервые задумался, что и у нее есть свое собственное мнение, причем иногда довольно жесткое. Ради забавы он мысленно даже попытался представить себе их совместную жизнь. Выходило не очень.
— Ладно. Не будем больше об этом. Сомневаюсь, что мистер Блум стал жертвой из-за чьей-то ревности. Если верить показаниям Эдварда, в особняке он попал впервые, поэтому вряд ли кто-то из слуг убил его по своей воле. Если тот, кто вонзил нож в тело жертвы, живет в этом доме, то единственным, кто мог приказать это делать является… Его Светлость герцог Вельф.
Лидия удивленно воззрилась на юношу.
— Вы подозреваете даже своего дядю?
Вестэль усмехнулся.
— Его я подозреваю в первую очередь. Если вы узнаете его чуть поближе, то поймете, что мой дядя обладает превосходным преступным умом. Однако нож в сердце — это все же не в его стиле. Впрочем, не будем об этом. Главное, что даже если преступление совершил слуга, то за ним все равно кто-то стоит. К тому же нельзя снимать подозрений с моих друзей и мистера Эванса с мистером Джонсом, которые были хорошо знакомы с покойным. Последнего я пока что подозреваю больше всего, ведь только у него есть самый очевидный мотив для убийства. Они были конкурентами.
