– Кому «Юбилейное»? У меня есть немного сухарей и пара плавленых сырков. Разбирайте, у кого закончилась еда. Сейчас техническая остановка, и идем на штурм. – Судя по голосу, Рэм тоже устал и, кажется, смирился с ситуацией.
– Только много не пейте, иначе идти трудно будет. – В уверенном и ровном голосе Евгения чувствовались превосходство и сила.
Неожиданно из-за склона будто потек по воздуху туман.
– Ну вот, а я только хотела за камень отойти! – воскликнула Нина.
– Мальчики налево, девочки направо. Давайте скорее, чтобы не потеряться в тумане и не попадать с горы. Он нас не задержит, уйдет так же быстро, как появился. – Евгений махнул рукой направо и налево, и группа разошлась.
Туман в горах – всегда красиво, так что дух захватывает. А на фоне черного шлака – особенно.
У подножия вулканов, где есть наносной слой почвы, растут деревья и кустарники. Но чем выше, тем реже и реже, и уже на середине пути на вулканическом шлаке почти нет жизни, лишь небольшие островки желтовато-серых лишайников да маленькие белые цветы камнеломки.
Когда Зоя вернулась после туалета, то услышала продолжение рассказа Евгения, который взял шефство над Светой.
– Когда спрашиваешь альпинистов, зачем они штурмуют вершины, ни один не может объяснить. Я вот тоже толком за себя не скажу. В той же «Вертикали» Высоцкий рассказывает, как спросил заслуженного мастера спорта по альпинизму Елисеева, зачем он когда-то впервые полез в горы и почему делает это до сих пор. Елисеев ответил: «Сперва, чтобы проверить, что я есть за человек. А сейчас просто любопытно, что за люди кругом». Знаешь, в горах нельзя надеяться на скорую помощь и на милицию, там может помочь только твой друг, его рука, ты сам и случай.
Туман сгущался, приятно охлаждал и к окончанию рассказа скрыл из видимости остальных участников группы.
– Туман опустился ненадолго. Давайте его переждем на своих местах, а то в нем можно и заблудиться, и оступиться. Все остаемся, кто где сел. – Евгения было слышно, но уже не видно.
И тут их тряхнуло. Будто гигантская сова ухнула в глубине горы. Небольшие камни покатились вниз. Света тихонько вскрикнула, Нина охнула.
– Не волнуйтесь. Толчки еще редкие, у нас есть время. – Голос Евгения раздался будто издалека.
Рядом зашуршал шлак, скрипнула крышка фляги, и Зоя невольно напряглась.
Туман рассеивался так же быстро, как и появился. Минуту назад она видела только свои колени, а кончики пальцев вытянутых рук тонули в молоке, и вот уже туман стекал со склона. Из него медленно, как при проявке фотографии, появлялся черный шлак всех оттенков, ниже, выделяясь на черноте древнего вулкана, белели шапки снежников, то укрывающие реку, то отпускающие ее бежать на солнце.
Рядом с Зоей широко потягивался Евгений, на него украдкой поглядывала Света. Метрах в десяти вниз расположился Виктор. Зоя повернулась, чуть выше привала у большого валуна, запрокинув голову вверх, будто пытался что-то рассмотреть в молодом вечернем небе, сидел Борис. Чуть поодаль от него отдыхала Нина, рядом стоял Рэм.
Настоящее чудо – попасть в такое безвременье. На душу незаметно опустилось умиротворение. Если оно есть – значит, все правильно. Боголюбы назвали бы это очищением, но Зоя знала – это награда за труд и упорство.
Она с удивлением поняла, что не чувствует боли в натруженных мышцах, да и ушибленная нога больше не саднила. Зоя с удовольствием вдохнула чистый свежий горный воздух и поняла, что все же не зря пошла в поход.
Подняв голову, она озабоченно нахмурилась: Юрий сошел с тропы и сидел на сыпучем краю у самого обрыва. Даже если туман его там застал, нужно было хотя бы немного подняться от кромки оврага. Сейчас его положение было опасным и грозило задержкой всей группе.
– Юрий, поднимайтесь к нам! – Зоя старалась не выдать голосом волнение, которое вызвала его поза.
Он молчал.
Позади вскрикнула Нина. Зоя обернулась и увидела, что та зажала одной рукой рот, а второй показывала на Юрия. Только теперь Зоя заметила. В его левом боку торчал нож.
Тело начало заваливаться. Движение потревожило сыпучие камешки шлака. С оглушающим громким стуком он упал на склон, и его потянуло вниз, к реке, которая шумела в паре десятков метров. Гора стряхивала с себя слабого человека.
Зоя дернулась, но было поздно – раздался плеск, синяя олимпийка на трупе намокла и потемнела, еще раз мелькнула над водой и скрылась ниже по течению под шапкой снежника.
Зоя была уже на склоне, опустилась на корточки, присела и скатилась к руслу реки, упершись кедами во влажные валуны.
В тот момент, когда она побежала к воде за упавшим с обрыва телом, с места вскочил Виктор. Он низко закричал:
– Гнев Кутха, гнев Кутха!
Закрутился и бросился вниз по склону в сторону к стоянке.
Нина истово крестилась и беззвучно повторяла молитву. Левой рукой она вцепилась в Рэма, но тот отодрал ее руку и высоким голосом произнес:
– Убийца?! Где убийца?
Света, не двигаясь, стояла на месте, зажимала лицо ладонями, из ее широко раскрытых глаз текли крупные слезы.
