Борис схватился за волосы. Его голова раскачивалась, как у китайского болванчика, а рот открылся в беззвучном крике.
«Бежать вниз. Просвет между снегом и водой не так велик», – промелькнуло в голове Зои.
Она двинулась вниз по течению, переступая с одного влажного валуна на другой и стараясь не упасть. Рядом с ней бежала вода, гораздо, гораздо быстрее. Зое показалось, что впереди, над водой, мелькнула синяя олимпийка и тут же скрылась.
Если повезет, сейчас он застрянет между камней или в снегу, и его можно будет достать. Главное – успеть.
Зоя спрыгнула с валуна и побежала по влажному шлаку к грязной шапке снега, накрывшей реку.
Походники знают, что снежники опасны. Если есть возможность их обойти – надо обходить. Июнь на Камчатке – не самое лучшее время для гор, много тающего снега. В начале лета ходить по нему опасно. Снежники тают, под ними образуются пустоты и озера, и в них можно запросто провалиться и утонуть.
Эти мысли промелькнули по краю сознания. Зоя, осторожно ступая, притаптывая рыхлую кашу снега, медленно двигалась вперед, к середине реки. Там, у края, она вытянулась на снегу, зацепилась за него мысками кедов, наклонилась, опустила голову и заглянула в открывшуюся узкую пещеру между водой и снежной шапкой.
Евгений первый взял себя в руки и бросился на помощь Зое. Затормозил, повернулся и крикнул остальным:
– Собирайте вещи, надо найти Юрия. Спускаемся.
Как Зоя и опасалась, опора оказалась некрепкой, местами тонкой. Подтаявший купол пропускал лучи заходящего солнца, и оно окрашивало снег в желтовато-розовые тона. Зоя не замечала красоты момента. Она смотрела на тоннель, который протаял в снегу, и пыталась понять, где искать Юрия.
Зоя, все так же лежа, подалась вперед, чтобы глубже заглянуть внутрь, чуть сильнее оперлась на правый мысок, и снег под ногой подался. Как по команде, холод вдруг проник сквозь одежду, кровь хлынула к лицу. Замерев, Зоя смотрела, как кусок потолка пещеры отслоился и рухнул вниз. Стараясь не дышать, она медленно подняла голову, чуть развернулась и по-пластунски поползла ближе к берегу.
Когда Евгений нагнал Зою, она уже ступила на землю.
– Его унесло вниз, там пещера, но здесь снег близко к воде. Как нам до него добраться? – Она нервно шагала вдоль снежника, пытаясь понять, что делать.
Евгений остановил ее, встряхнул за плечи.
– Зоя, посмотри мне в глаза. Успокойся. Есть вероятность, что Юре уже не помочь. У нас другая проблема. Витя в панике сбежал вниз. Надо искать и его.
Зоя собралась. Слова, что им нужно спасать бестолкового барда, отодвинули панику. На ум пришел ряд действий, которые необходимы для спасения остальной команды. И тут же подкосились ноги. Хорошо, что Евгений все еще держал ее за плечи, иначе она упала бы.
– Уб… уб… – Слово булькало в горле и не хотело выходить.
– Что такое?
– Среди нас убийца! – Зоя наконец смогла произнести это вслух и тут же зажала себе рукой рот.
Зоя шла замыкающей на автомате. Теперь, когда смерть, мелькнув перед глазами, скрылась, пришли воспоминания. Рядом не было ни папы, который обнимет и поможет найти выход, ни мамы, пусть и строгой, отстраненной, но все же мамы, которая поддержит и все объяснит.
Будто на цветной кинопленке она видела девочку трех лет и дядю Володю. По какому-то хорошему поводу он повел племянницу на бульвар за мороженым. Высокий, с большим важным животом. Дядя умел рассказывать смешные истории. Они сидели в открытом кафе, и маленькая Зоя старалась аккуратно есть ледяное лакомство, не стуча ложкой по металлической креманке. Было жарко, у дяди на лбу выступили крупные капли пота, он вытирал их платком, а потом уронил его. Тут и шляпу, дядину шляпу, вдруг подхватил ветер и отбросил на дорогу. Зоя кинулась за ней. Та, как назло, упала набок, ее опять принял ветер. Зоя любила дядю, а дядя любил свою шляпу. Девочка хотела ему помочь. Когда милиционер выдернул ее из-под колес машины, она заплакала, увидев смятый дядин головной убор. Не успела, не догнала.
Милиционер долго ругался, тянул за руку и сулил серьезный разговор с несознательными родителями. Но разговора не состоялось. В кафе с опущенной на руки блестящей головой сидел дядя Володя. Сидел и упал, когда милиционер возмущенно дернул его за рукав. Дядя был уже мертв.
«Ты сделала не тот выбор. Если бы ты позвала врача, Володю можно было спасти. Но тебе важнее было набегаться. Вот такова цена человеческой жизни. Ну а ты… Живи теперь с этим», – мама так и сказала. Слово в слово: живи с этим.
Видимо, осознать это оказалось слишком сложно, и благодаря детскому возрасту воспоминания спрятались в самый дальний уголок. Зоя напрочь забыла тот день. Но в голове намертво отпечаталось, что зачастую жизнь человека может оказаться в руках эгоиста и лентяя, как ее назвала тогда мама. Может быть, именно поэтому, чтобы доказать маме, что она не такая, что она больше ее не подведет, Зоя посвящала всю себя полезному труду во благо общества.
– Домой. К мамочке, к бабулям, – повторяла Нина будто в ступоре.
