Василия женили, когда ему исполнилось двадцать шесть лет. Ивану III хотелось женить его на представительнице какого-нибудь царствующего рода. С этим поручением он обратился к своей дочери Елене, которая была замужем за великим князем Литовским Александром (с 1501 г., после возобновления персональной унии ВКЛ и королевства Польского, и король Польши). Но дочь ответила, что ей трудно будет выполнить подобное поручение по той простой причине, что отец не заключил с Польшей и Литвой прочного мира. Кроме того, Елена известила Ивана III о том, что на Западе не любят греческой веры и не горят желанием родниться с православным государем.
Иван III Васильевич пытался посватать за сына дочь датского короля, своего постоянного союзника, в угоду которому он нападал на Швецию. Но датский король, после Кольмарской унии став и шведским королем, отказал ему.
Тогда пришлось Василию III искать невесту среди подданных. По легенде, такой совет дал будущему великому князю Московскому придворный грек Юрий Тра-ханиот. Он привел наследнику пример из византийской истории: византийские императоры не раз собирали ко двору девиц, чтобы выбрать из них себе жену.
Юрий Траханиот надеялся, что через такой совет сумеет выдать за наследника свою дочь. Однако на просмотр ко двору было вызвано полторы тысячи девушек. Из них выбрали самых красивых и привлекательных. Все они прошли тщательный осмотр повивальных бабок, после чего предстали перед Василием.
Выбор наследника пал на Соломонию, дочь незнатного дворянина Юрия Сабурова. Церемония бракосочетания прошла в Успенском соборе 4 сентября (по ст. ст.) 1505 г. Ее проводил сам митрополит Симон.
«Этот брак имеет вообще важное историческое значение по отношению к положению женщины в московской стране, — отмечает Н. Костомаров. — Брак этот способствовал тому унижению и затворничеству, которое составляло резкий признак домашней жизни высших классов в XVI и XVII в. Прежде князья женились на равных себе по сословию, но с тех пор, как государи стали выбирать себе жен стадным способом, жены их хотя и Облекались высоким саном, в сущности, уже не были равны мужьям: брак не имел значения связи между двумя равными, не существовало понятия о приличии или неприличии соединиться браком с особою того или иного рода, не знали того, что на Западе называлось mesalliance. Жена государя, взятая из какой бы то ни было семьи, отрешалась от своих родных: отец не смел называть ее дочерью, братья — сестрою. Она не приносила с собой никакого родового достоинства; с другой стороны, о выборе жены по сердцу не могло быть и речи (подчеркнуто мной. — В. К.).
В монархических государствах, как мы видели во вступлении на примере французского двора Франциска I, а затем Генриха II, приемы поведения и нравы перенимаются высшими классами подданных и передаются ниже по общественной иерархии.
В Москве, где, независимо от социального положения, все назывались «государевыми холопами», такое влияние было еще более неизбежным. Эпоха последних Рюриковичей — Ивана III, Василия III и Ивана IV — стала эпохой всеобщего порабощения, обезличивания и крайнего унижения не только женщины, но и всех русских людей.
Вскоре после бракосочетания Василия, 27 октября 1505 г. (по ст. ст.) на 67-м году жизни умер Иван III Васильевич. Он правил великим княжеством Московским 43 г. и 7 мес. Тело его было погребено в церкви Михаила Архангела, которую в последние годы своего княжения он приказал перестроить из деревянной в каменную.
Мы не будем подробно останавливаться на времени правления Василия III, это не входит в рассматриваемую нами тему. Тот, кого интересуют его политические и экономические последствия, могут обратиться к первой части моей книги «Серые кардиналы Кремля».
Будущность Московского княжества подвергалась неизвестности: после 20-летней совместной жизни с Соло-монией Сабуровой у Василия III не было детей.
