Еще один скромный сотрудник охраны, о котором я хочу сказать несколько добрых слов, Виктор Григорьевич Кузнецов. Именно на его квартире первую ночь скрывалась Наина с детьми. Эта двухкомнатная квартира в Кунцеве, по нашим сведениям, не была “засвечена” КГБ. Семью посадили в “рафик” со шторками. Сзади поехала машина прикрытия. В “раф” при выезде заглянули — увидели женщину и детей, ничего не сказали».
20 августа 1991 года Российское информационное агентство передало Обращение к гражданам России, подписанное Б. Н. Ельциным, И. С. Силаевым и Р. И. Хасбулатовым. Покинув Белый дом и стоя на танке 110 Таманской дивизии перед телекамерами, президент РСФСР зачитал его, призвав россиян к сопротивлению ГКЧП. В то же время первые колонны демонстрантов вступили на Манежную площадь. Они несли лозунги: «Фашизм не пройдет!», «Свободу!», «Язова, Пуго, Крючкова — под суд!». А около 14 часов РИА передало указ Ельцина, квалифицирующий действия организаторов ГКЧП как государственный переворот.
Число людей вокруг здания российского парламента постоянно возрастало, активность их повышалась. А рядом боевая техника, оружие, люди, управляющие боевыми машинами.
20 августа в 22.30 Б. Н. Ельцин подписал указ, объявляющий ГКЧП вне закона. Сотрудникам правоохранительных органов и военнослужащим, не поддерживающим ГКЧП и не выполняющим его приказы, гарантировались «правовая защита и моральная поддержка».
Охрана должна не только предотвращать покушения, но и быть готовой ко всякого рода чрезвычайным происшествиям.
Судя по внутренним сводкам КГБ СССР 1970–1980 годов, становится ясно, что критические ситуации возникали не так уж и редко. В автомобильных авариях побывали К. Ф. Катушев, Н. В. Подгорный, В. В. Гришин. Во второй половине семидесятых годов навстречу «ЗИЛу» Брежнева, шедшему из Завидово в Москву, неожиданно вылетела грузовая машина. Водитель «ЗИЛа» от прямого столкновения ушел, но машину ударило о трейлер.
Брежнева в машине не было, в ней находилась его личная охрана, возвращавшаяся с дежурства из Завидово. Когда в салоне охраняемое лицо, то охранники обычно не сидят расслабившись, они с автоматами, на краешках сидений, в полуприседе, в любой момент готовые выскочить. В тот день они ехали с работы, и сидели в машине обычно. Пятеро из шестерых успели скоординироваться и уцелели, отделавшись переломами ребер, ушибами, ссадинами. А один не успел — он спал, и ему снесло череп.
На Дальнем Востоке вертолет с Воротниковым на борту попал в полосу сильного тумана. При посадке машина ударилась, лопасти винта зацепили землю, но продолжали крутиться, вовлекая в крутое движение всю кабину. Сотрудник безопасности, пытаясь удержать охраняемого в кресле, при ударе вертолета о землю был отброшен к стене и получил серьезные повреждения шейных позвонков.
Во время официального визита А. Н. Косыгина в Канаду была предпринята попытка покушения. На Алексея Николаевича бросился человек, входивший в число допущенных на это мероприятие местных корреспондентов. Им оказался член венгерской эмигрантской организации, специально внедренный в группу корреспондентов. Сотрудники безопасности полковник Е. С. Карасев и подполковник Н. И. Горенков передали его канадской полиции.
Во время прогулки на байдарке по Москве-реке А. Н. Косыгина потерял сознание, перевернулся и стал тонуть. Офицеры безопасности на себе, вплавь, дотащили премьера до берега.
Опыт работы и знание реальной политики позволяют охране предположительно знать, откуда может исходить возможная опасность для политического деятеля, как проводить комплекс мероприятий по контролю за деятельностью тех, кто предположительно готовит террористический акт, и изучать вопрос возможного покушения и воздействия на ситуацию в нужный момент.
