— У тебя что- то случилось? — решила уточнить на всякий случай, потому что происходящее начало пугать не на шутку.
— Почему ты так решила? — удивленно поинтересовался в ответ и повернулся ко мне.
— Забудь. Поехали.
Он пожал плечами и завел автомобиль.
— Ты не против музыки?
— Нет.
— Знаешь, мне просто хочется немного повеселиться. Выдохнуть. И я буду рад, если ты составишь мне компанию. Это объяснение моему поведению. — И включил радио с энергичной музыкой.
Сделал громче и дал по газам.
— Тебе лучше пристегнуться.
Вежливый. Спокойный. Галантный и даже немного скучный. Так я раньше думала про него. А оказывается, я ничего не знаю про этого человека. Он гнал на максимально возможной скорости, мастерски переключая коробку механической передачи. На его лице застыла озорная улыбка, очень заразительная. Томас периодически бросал взгляды в мою сторону, проверяя, все ли в порядке.
Мы выехали за пределы города, и он еще набрал скорость. Его лицо стало сосредоточенным, и он вошел в резкий поворот, подняв снопы снега. Мое сердце бешено стучит. Томас меня пугает.
Он наконец- то значительно сбавил и подъехал к какому- то загородному ресторанчику.
— Надеюсь, ты хочешь кушать, — с широчайшей улыбкой проговорил он, — потому что я чертовски голоден! — И покинул машину.
Он сам отворил дверцу с моей стороны и подал руку.
— Здесь подают лучшие стейки, что я пробовал в жизни. Думаю, тебе понравится!
Пока он делал заказ, я рассматривала стильный интерьер. Много живых растений в глиняных горшках. Диванчики и кресла обложены мягкими подушками и много теплого света.
Но мне все равно неуютно. Что мы с ним здесь делаем? Я перевожу взгляд на него и встречаю его. Меня прошибает. Он смотрит на меня так же, как Мэйсон. Щеки вмиг становятся пунцовыми. Томас отводит глаза.
— Ты сегодня сдавала очень интересные книги в библиотеку. Почему выбрала именно эту профессию?
— Меня всегда тянула эта тематика, — пожав плечами, дала ответ.
— Ты такая хрупкая, маленькая, красивая… Тебя саму нужно защищать. — И откинулся на спинку.
Я опустила взгляд на свои руки, чувствуя, что даже уши горят от его комплиментов.
— Саша, тебе нужно быть сильной и выносливой для такой профессии.
Это высказывание кольнуло меня, и я посмотрела на него сердито.
— А что ты знаешь, чтобы судить?
Он удивленно приподнял брови и расплылся в улыбке.
— Надо же. Ты умеешь злиться, это красиво.
Я нахмурилась и отвернулась, поняв, что это была провокация.
Принесли заказанную еду и листовой чай с фруктами.
— Пожалуй, самый известный и популярный стейк в мире. Берется из толстого края спинной части реберной клетки быка — от шестого по двенадцатое ребро, — прокомментировал Томас, разглядывая свое блюдо, — рибай, или же, по- нашему, спенсер- стейк.
Он начал рассказывать про степени прожарки и как температура влияет на конечный результат. Мужчина отрезал первый кусочек.
— Смотри, какая красота. Волокна мяса мягкие и нежные. Это потому, что рибай состоит из мышц, на которые в течение жизни животного приходится минимальная нагрузка. — Он отправил мясо в рот.
Мне подали medium well[18] прожарки. Стейк и правда оказался великолепно приготовленным. Я всегда считала, что никто лучше моего папы не умеет его готовить. Но не в этот раз. Лучше папе об этом не знать. Это ударит по его самолюбию.
— Десерт заказал на свой вкус, надеюсь, ты не против? Лаймовые пироги в этом заведении — просто объедение!
— Пристегнись, пожалуйста, — попросил он, когда мы вернулись в салон автомобиля.
И мы вновь погнали на всех парах, уже в сторону дома. Не доезжая до нашей улицы, Томас затормозил.
— Посидим чуть- чуть?
Я кивнула.
Я не успел прочитать стихотворение Джона Китса до конца, как увидел, что Саша подалась ближе ко мне. И неожиданно маленькие пухлые губки коснулись уголка рта, а далее — моих губ. Я хочу ответить на этот поцелуй. Черт возьми! Как же я этого хочу!
Когда она начала отстраняться от меня, взгляд сквозил отчаяньем и болью от отвержения.
Я поддался своему острому желанию и привлек ее к себе. Сжал так сильно в своих объятьях, чуть ли не до скрипа костей. И целовал, целовал.
В кармане завибрировал телефон. Я не желаю обращать на него внимание. Но кто- то звонит снова. Я вынужденно прекращаю то, что происходит между нами. Саша садится в свое сиденье и отворачивается к окну.
