-- Где мы, Нетти? -- снова спросила я, уже подозревая, каким будет ответ.
На этот раз он ответил честно:
-- Это один из малонаселенных миров.
-- То есть мы не на Айиоро?! -- я взвилась. -- Веди меня обратно! Немедленно.
-- Эй, ты чего? -- опешил братец. -- Ведь тебе же понравилось здесь -- без всяких чар. Это действительно очень красивое место.
-- У него есть один недостаток, -- возразила я, -- он не на Айиоро. Ты увел меня из мира, не сочтя нужным поставить об этом в известность. Держу пари, ты и деду ничего не сказал, правда?
-- Не сказал, -- смущенно признался Неттаи. -- Не сердись, сейчас пойдем обратно.
Он подхватил меня в объятия, которые больше не давали мне чувства защищенности, я закрыла глаза и... ничего не произошло.
-- Ничего не понимаю, -- растерянно пробормотал кузен.
-- А я и подавно, -- хмуро отозвалась я.
Потом лицо парня озарила догадка:
-- Ты не доверяешь мне?!
-- Как я могу тебе доверять, если ты пытался очаровать меня с помощью магии и зелья, да еще и сюда увел обманом?
-- Теперь понятно, почему мы не можем попасть обратно.
-- Может, и мне объяснишь, раз уж сам понял? -- ехидно осведомилась я.
-- Просто проводить между мирами можно только того, кто тебе полностью доверяет.
И я вспомнила, как в самый первый раз, когда Гилеари забирал меня из лечебницы, он тоже говорил что-то о доверии.
-- И что теперь? -- я уже почти не сердилась, просто страшно устала и хотела, чтобы эта дурацкая ситуация наконец разрешилась.
-- Придется звать деда, -- парень поежился, и я вдруг увидела, что он на самом деле очень юн, гораздо младше меня.
По годам он, может, и старше был, но взрослел куда медленнее. Так бывает у долгоживущих рас -- физически они развиваются так же быстро, как и человеческие дети, да и в интеллектуальном развитии не отстают, но социальное взросление, способность отвечать даже за собственные поступки, не говоря уж о том, чтобы нести ответственность за кого-то еще, приходит значительно позднее. По сути, я имела дело с подростком. И осознав это, окончательно перестала сердиться, просто махнула рукой, отпуская его:
-- Иди за дедом. Все равно без него ты меня отсюда не вытащишь.
И я осталась одна. На полчаса, не больше. И мир, на какое-то время утративший для меня свою привлекательность, снова ожил, запел-заиграл, и на этот раз все было правильно, без малейшей фальши.
Дед пришел один, без Неттаи -- по координатам. Нарисовался из воздуха перед самым моим носом и опустился рядом на траву.
-- Ты знал? -- спросила я его, зная ответ заранее.
-- Знал, -- не стал спорить Гилеари. -- не о зелье, но флер ментального воздействия трудно было не заметить.
-- Почему не остановил?
-- Мне было важно, чтобы ты сама сбросила его воздействие. Ты сильная девочка, я в тебя верил.
-- А если бы у меня не получилось? Позволил бы этим заговорщикам сломать мне жизнь, обречь на брак без любви?
-- Нет, девочка моя, я бы не допустил, чтобы до этого дошло. Вмешался бы, поверь. Ты мне такая же внучка, как и Натаэллли. И как Неттаи -- внук. Я люблю тебя и не желаю тебе зла. И поверь мне, они будут наказаны. В первую очередь -- мой ушлый сыночек. Как именно, тебе знать необязательно.
И я поверила. А что мне еще оставалось делать?
Оставшиеся до возвращения на Вериинсе дни прошли в сборах и прощаниях. Распихивать по сумкам разросшийся за время каникул багаж оказалось делом трудным и занимательным -- как всякая задача-головоломка.
Неттаи все это время слонялся на расстоянии от меня, не решаясь подойти ближе, но буквально излучая в пространство чувство вины и детской растерянности. И было понятно, что я ему очень нравлюсь -- как сестра, но не как невеста. В общем, я простила его. И расставались мы мирно и даже с некоторым сожалением.
А потом Вериинсе принял меня в свои жесткие объятия: до начала учебного года оставались считанные дни, потом еще декада на улаживание дел и сборы в дорогу -- и все. В Лиотанию.
Дети наотрез отказались ехать со мной: они все еще были полны впечатлений после путешествия на Айиоро и не хотели вытеснять их новыми. И где-то я их понимала. Как понимала и то, что в Лиотании я буду волноваться за них ничуть не меньше, чем если они останутся дома. Кроме того, тут с ними оставались не только слуги, но и братец Дариен.
Удивительно, но за месяцы нашего отсутствия он здорово повзрослел, научился ценить себя и свои умения, даже характер как будто обозначился. Две книжки с его комиксами увидели свет, но именно сейчас, когда заканчивались каникулы и жизнь школьников приобретала тенденцию к размеренности, продажи историй в картинках резко выросли. А на подходе была еще одна детская книга с иллюстрациями брата. Словом, дело у него пошло, и Дариен смотрел в будущее с оптимизмом.
