Если Нина думала, что её приведут на кладбище, то ошиблась. Её завели в лесопарк — как она поняла, на ту же полянку, где она нашла споткнувшегося и упавшего Санечку в окружении призраков. Матрёна и призраки замерли на той полянке, «глядя» на Нину настолько выразительно, что и она сообразила: вот то место, которое для них важно. Но чем и почему?
Матрёна отплыла чуть подальше от неё и будто осела на землю. В землю. И отчётливой рукой, нет — даже ладонью коснулась земли.
Нина постояла немного, а потом присела на корточки, насторожённо глядя на призраков. Всё ли она поняла правильно? Надо коснуться земли? Но… зачем?
Надо — так надо. Коснулась земли. Ещё подумала: а вдруг здесь что-то такое всё-таки обронено, что в прошлый раз не нашла, но сейчас-то найдёт? Что-то, что поможет ей узнать нечто, открывающее тайну призрака Матрёны? Но так и не нашла ничего, проведя ладонью по травам, да и по земле.
Когда убедилась в том, что под рукой ничего важного — даже мало-мальски интересного предмета, подняла голову — и растерялась: ни одного призрака рядом! Даже самой Матрёны! Да что ж такое!
Вернулась домой промокшая и сердитая. По дороге злилась и ругала себя ругательски что решилась на этот поход. Знала же, что от призраков ничего не добьёшься! Нет же, побежала следом…
Дома развесила мокрый плащ и джинсы на верёвке вокруг горячей голландки, проверила, как дети. Спят. И забралась под одеяло, через минуты отчаянно жалея, что не приготовила себе горячего чаю. Ноги здорово мёрзли… Но постепенно согрелась и твёрдо решила, что больше с призраками общаться не будет. Ни на добровольной основе, ни под принуждением. Хватит. Поиграла с ними в загадки-отгадки…
И, сжав холодные плечи ладонями, постепенно уснула… Ушла в сны, которым поражалась, но проснуться из-за которых не могла, а только смотрела, по впечатлениям, даже во сне открыв рот на то, что происходило в совершенно невероятных сновидениях.
Утром выяснилось, что Нина забыла поставить обычный будильник на сигнальный звонок. Всегда она вставала в шесть утра, детей будила в половине седьмого. И вот — на тебе! Глаза открыла только тогда, когда детей должна будить!
На цыпочках, прихватив с собой охапку одежды, удрала на кухню, где быстро привела себя в порядок. И, поставив на плитку кастрюльку с кашей, побежала будить детей и одновременно прибираться у котят.
Со всеобщей побудкой комната оживилась и зазвучала перекличкой брата и сестры, а также писком их котят.
Именно дети и заметили, что мама сегодня слишком задумчивая — настолько, что порой её необходимо несколько раз окликать, чтобы она пришла в себя.
— Мама! У тебя каша на плитке ругается! — звал её на кухню Санька. — Булькает! А можно — я её уберу? Или лучше плитку выключить?
— Не надо! — отзывалась брату Анюта. — Я чайник потрогала — он холодный! Надо его на плитку поставить. Мама, что мне сегодня надеть?
До Нины не сразу дошло, что сегодня все словно специально вознамерились отвлекать её от важных вопросов, которые возникли с последними снами. Но дошло. Пришлось сообразить, что в одиночестве будет легче думать, а значит — надо заняться выводом детей к няне Галюшке, благо та вот-вот должна появиться в общем коридоре… Так что Нина волевым усилием отрешилась от раздумий и принялась энергично командовать детьми и котятами. На новой волне стремительных действий мамы и дети принялись в темпе завтракать и одеваться для улицы.
А когда услышали голосок няни Галюшки, торопить уже их не надо было. Сами собрались и помчались к ней и сотоварищам по «группе».
Выпроводив сына и дочь, Нина вернулась в комнату и закрылась в ней, то есть: и в самом деле задвинула щеколду, а потом и вовсе завесила покрывалами окно. С Николаем она уже виделась — в общем коридоре: успели приветственно перекивнуться, пока Нина стояла возле няни и слушала её певучую скороговорку. Так что сейчас она хотела только одного — уединения, в котором надо бы ещё и крепко подумать.
На всякий случай, не доверяя «шторам» на окне, она включила электроплитку, сварила себе большую чашку кофе и устроилась там же, на кухоньке, совмещённой с прихожей, — на стульях возле одёжного шкафа.
Во сне ей объяснили кое-что.
Но с этим объяснением решила подождать.
Сначала о другом.
Интересовали три мысли, которые надо было бы продумать.
Итак, неизвестно, как остальные призраки, но Матрёна умела проходить стены — ну, или двери комнат. То, что Нине вчера и позавчера, как она подумала, почудилось, происходило на самом деле. Призрак побывал в её комнате. И явно не один раз.
Что делать? Ну, чтобы больше никто (даже из потусторонних сил! Или тем более — из них!) сюда не попал? Воспользоваться собственным советом для Дениса и попросить божественной помощи? Окропить стены и дверь, например, святой водой? Что-то Нине совсем не нравилось, что, кроме неё и детей, в комнату может попасть кто-то ещё!