В 1871 году Эйнем и Гейс прикупили кондитерскую фабрику на Софийской набережной, что существенно укрепило их позиции на рынке. К этому времени фабрика Эйнема стала крупнейшей из пяти шоколадных фабрик в Москве. Она выпускала почти половину продукции всех московских предприятий, а именно: 32 тонны шоколада, 160 тонн шоколадных конфет, 24 тонны «чайного печенья» (того самого английского) и 64 тонны колотого сахара — всего на сумму 300 тысяч рублей. Отныне с каждого фунта сладостей они жертвовали пять копеек на благотворительность. И всячески улучшали быт и условия работы для своих рабочих. На фабрике, к слову, были самая высокая зарплата и самый короткий рабочий день, а еще очень приличная пенсия. Говорят, один из старейших рабочих «Энема» однажды произнес трагикомическую фразу, ставшую крылатой, что де на фабрику «Эйнем» поступают, чтобы «уйти оттуда только с гробом», то есть работать всю жизнь, до самой старости. Даже в вышедшей в 1926 году пролетарской брошюре под названием «Первые страницы из истории борьбы рабочих фабрики “Эйнем”» писали о Юлиусе Гейсе: «Как человек образованный, он не мог не знать, что через некоторое время чаша терпения рабочих переполнится, и они предъявят ему счет. Поэтому он устанавливает и узаконяет на своих фабриках такие условия для рабочих, каких не было еще на остальных кондитерских фабриках. Санитарные и гигиенические условия работы в мастерских становятся идеальными».
Писатель Иван Шмелев в одном из самых известных своих произведений «Лето Господне» с некоторой долей ностальгии писал: «С раннего утра несут и несут кондитерские пироги и куличи. Клавнюша с утра у ворот считает, сколько чего несут. Уж насчитал восемь куличей, двадцать два кондитерских пирога и кренделек… Есть уже много от Эйнема, кремовые с фисташками; от Абрикосова; с цукатами, миндально-постный, от Виноградова с Мясницкой, весь фруктовый, желе ананасным залит. И еще разные: миндальные, воздушно-бисквитные, с вареньем, с заливными орехами, в зеленоватом креме из фисташек, куличи и куличики, все в обливе, в бело-розовом сахаре, в потеках…»
А вот, к примеру, воспоминания московского филолога Бориса Пуришева о магазине фирмы «Эйнем», который располагался в самом центре Москвы, возле Мясницких ворот: «Там продавали самый лучший шоколад, самые лучшие конфеты, торты и т. п. изделия. Эйнем был как бы вывеской московского процветания начала XX века. Кондитерским мастерам названной фирмы были присущи выдумка и умение угодить взыскательным покупателям. Среди мучных изделий мне запомнились небольшие пузатые соленые рыбки, особенно привлекавшие внимание любителей пива. Но и дети, не пившие пиво, охотно грызли эти фигурки. Еще занимательнее были цветные фигурки из марципана, изображавшие морковку, репу, огурцы, каких-то зверюшек. Их иногда вешали на рождественскую елку, к великому удовольствию малышей. Среди тортов был торт с необычайным названием “Полюби меня” в разную цену. Покупатели-острословы говорили молодым продавщицам: Пожалуйста, “Полюби меня” за три рубля».
Эйнем еще в сорокалетнем возрасте начал страдать сердечными приступами. Лечение у московских и берлинских врачей почти не давало эффекта. Поэтому в 1876 году он решился уехать вместе с женой в Берлин, чтобы всерьез заняться своим здоровьем. Будучи бездетным, Эйнем предложил Гейсу выкупить у него долю в деле. Сделка была оформлена очень быстро, буквально за пять минут. Гейс заплатил 100 тысяч рублей серебром и подписал документы, по которым обязался заплатить еще 300 тысяч рублей в течение девяти лет. С этого момента он становился единоличным владельцем фирмы, но из уважения к своему другу и компаньону не стал менять название товарищества. К началу XX века фирма «Эйнем» владела уже двумя фабриками в Москве, филиалами в Симферополе и Риге, несколькими магазинами в Москве и Нижнем Новгороде.
В 1907 году Юлиус Гейс скончался в возрасте семидесяти пяти лет, как сообщили газетам родственники, «после непродолжительной, но тяжкой болезни». Показательно, что некрологи были напечатаны в ведущих российских газетах «Русское слово» и «Московские ведомости». По воспоминаниям сына, «похоронная процессия во время движения… до кладбища, растянулась почти на километр и сопровождалась конной охраной». В день похорон предприятия, магазины и склады «Эйнем» прервали свою работу в знак траура. По решению директората всем рабочим была выдана полумесячная зарплата «на помин души» Гейса.
Ровно через десять лет все эти фабрики и филиалы были национализированы во время Февральской революции, и дальше уже вся продукция «Эйнем» стала выпускаться под торговыми марками «Моссельпром» и «Красный Октябрь», хотя еще несколько лет после этого в скобках всегда добавлялось (Бывш. Эйнем)…
