Савельевъ, все еще державшій руку Достоевскаго, привлекъ его къ Одоевскому и въ порывѣ благодарности заключилъ обоихъ въ свои объятья. Вдругъ раздалось около дверей троекратное карканье ворона.
— Скорѣй, тушите свѣчи! крикнулъ Михайловъ. Въ одно мгновеніе всѣ свѣчи погасили. Ужъ раздавались шаги про тротуару, кто-то стучалъ въ калитку, подпертую коломъ. — Молодцемъ каркалъ! замѣтилъ Юркевичъ шопотомъ юношѣ, почти ребенку, бывшему на часахъ. Въ это время собравшіеся раздвинули бочки, ящики и удалились изъ погреба черезъ другой выходъ.
Долго стучали въ калитку солдаты, наконецъ одинъ изъ нихъ перелезъ черезъ заборъ и отперъ ее. Въ сущности съ этого слѣдовало бы начать, если хотѣли захватить кого нибудь въ расплохъ. Вѣроятно читатель удивляется, почему обходные поступили такъ, будто бы желая стукомъ предупредить о своемъ пришествіи. Увы! въ этомъ ничего нѣтъ страннаго; дѣйствительно они этого желали. Князь Орловъ шефъ жандармовъ, далъ приказъ приставу Выборгской части арестовать подозрительныхъ людей, собирающихся по ночамъ въ такъ называемомъ «нечистомъ домѣ». Приставъ, предполагая, что дѣло идетъ о его обыкновенныхъ кліентахъ, честныхъ разбойникахъ и ворахъ, акуратно платящихъ ему контрибуцію, нашелъ лучшимъ, предупредить о своемъ приближеніи. Поступая такимъ образомъ, онъ исполнялъ приказъ начальства, котораго ослушаться было немыслимо, и въ то же время сохранялъ свои доходы. Въ виду этихъ соображеній, онъ самолично отправился съ солдатами, умышленно забывъ оцѣпить домъ. Простучавши не мало времени, онъ тогда только рѣшился войдти во дворъ, когда былъ убѣжденъ, что подозрительныя существа, должны были уже удалиться. — Между тѣмъ заговорщики поднялись въ домъ по внутренней лѣстницѣ и легко достигли улицы черезъ окна. Пока они по одиночкѣ выскакивали изъ оконъ, солдаты съ фонарями осторожно пробирались во дворъ. Вдругъ въ погребѣ раздалось карканье ворона, такой же крикъ повторился на улицѣ. Солдаты опѣшили и остановились.
— Впередъ, ребята, впередъ, они тутъ, крикнулъ приставъ, они непремѣнно тутъ, мы ихъ захватимъ!
— Да гдѣ же? спросили солдаты.
— Гдѣ?! впередъ, дурачье!
Отрядъ сталъ осторожно подвигаться. Вдругъ въ нѣсколькихъ мѣстахъ послышался заунывный крикъ совы. Господи! заступись и сохрани! прошептали крестясь суевѣрные солдаты!
Здѣсь кажется никого нѣтъ, робко произнесъ одинъ изъ солдатъ.
Мы также ничего не видимъ, подхватили остальные.
Я тоже ничего не замѣчаю, подтвердилъ приставъ. Если бы кто нибудь тутъ былъ, я навѣрное зналъ бы объ этомъ! Охъ, эти синіе мундиры, всюду суются и чертъ знаетъ о чемъ докладываютъ, только чтобы намъ портить. А все-таки надо намъ хоть кого нибудь здѣсь изловить, а не то мнѣ будетъ головомойка!..
Вотъ что, какъ будто осѣненный благой мыслей, произнесъ приставъ: если мы никого не найдемъ, я приведу кого нибудь изъ сибирки и скажу, что мы его тутъ накрыли.
Снова послышался крикъ совы.
— Ваше высокоблагородіе, не лучше ли намъ отретироваться? Мы вѣдь здѣсь ничего не найдемъ.
Крикъ совы производилъ не совсѣмъ пріятное впечатлѣніе даже на нервы пристава. Помолчавши, послѣдній сказалъ:
— Нѣтъ, ребята, это не годится; надо въ точности исполнить приказаніе. Войдемъ же въ домъ. Гдѣ входъ?
— Здѣсь! отвѣтилъ незнакомый голосъ.
Въ третій разъ изъ разныхъ мѣстъ послышался крикъ совы. Солдаты поспѣшили укрыться въ домѣ. Съ трепетомъ обошли они пустыя комнаты. Вѣтеръ свисталъ сквозь открытыя окна, заставляя вздрагивать солдатъ.
Ладно, промолвилъ приставъ.
Если бы въ это время они остались на дворѣ, то слышали бы плескъ веселъ на Невѣ и увидѣли бы подозрительныя фигуры, появлявшіяся въ темнотѣ. Но приставъ съ солдатами былъ въ домѣ на лѣстницѣ, ведущей въ погребъ; онъ отворилъ дверь, оттуда пахнуло на нихъ сырымъ, затхлымъ воздухомъ.
Тутъ никого быть не можетъ, сказали солдаты, боясь войти.
Я тоже такъ думаю, отвѣчалъ приставъ, спѣша покинуть пустыя комнаты.
На дворѣ солдаты замѣтили входъ въ другой погребъ, служившій, какъ имъ было небезъизвѣстно, нѣкогда складомъ финляндскихъ контрабандистовъ для спиртныхъ напитковъ, привозимыхъ изъ заграницы.
Блистательная мысль явилась одновременно какъ начальнику такъ и его отряду.
Тайное общество, которое они должны были захватить, было ничто иное, по ихъ разумѣнію, какъ шайка простыхъ контрабандистовъ. Теперь въ особенности дѣла ихъ должны бы стоять хорошо, такъ какъ берега были блокированы и всякій ввозъ запрещенъ. Быть можетъ тутъ запрятано нѣсколько боченковъ съ добрымъ ромомъ или водкой! (Для русскаго простонародія, надежда выпить рюмку водки, отгоняетъ даже страхъ).
Давай братцы объищемъ погребъ! приказалъ приставъ.
Рады старатся ваше высокоблагородіе, отвѣчали солдаты и вмѣстѣ съ начальникомъ ринулись въ погребъ.
«All hands ready!» раздался сдержанный голосъ въ одномъ изъ угловъ двора.
«All right!» отвѣчали другіе голоса.
При этихъ словахъ дюжина здоровенныхъ англичанъ проскользнула черезъ дворъ и такъ же спустились въ погребъ.
