— Боюсь, что сегодня у тебя не самый лучший день, — невесело усмехнулся Мартин. — Плохие новости. Дельфина Фонсека пыталась покончить с собой. Она лежит у нас в больнице, в отделении интенсивной терапии.
— Это я виноват, Мартин! Перед тем, как сделать это, она позвонила мне, но я ей не поверил… — Себастьян тяжело вздохнул. — Я вел себя, как последний кретин!
— А вот этого не надо! — остановил его Мартин. — Она пыталась играть тобой.
— Ничего ты не понимаешь! Она страдает! Какое надо испытывать отчаяние, чтобы захотеть, уйти из жизни!
— Если человек действительно хочет свести счеты с жизнью, смерть обходит его стороной, — философски заметил Мартин. — С ее стороны, это просто попытка привлечь твое внимание, заставить тебя вернуться к ней.
— Я в этом далеко не уверен, — возразил Себастьян. — В последнее время я ужасно вел себя с Дельфиной, унизил ее. Я не должен был поступать так с женщиной, которая любит меня до безумия. На каком-то этапе моей жизни я использовал ее и теперь несу ответственность за то, что с ней происходит…
…Перла в марлевой повязке на лице и с волосами, спрятанными под шапочку, была неотличима от других медсестер больницы. Увидев у входа в одну из палат оставленную тележку с инструментами и лекарствами, Перла решила, что удача сегодня на ее стороне. Она покатила тележку вдоль коридора и остановилась у палаты, где лежала Дельфина. Перла распахнула дверь и подкатила тележку поближе к кровати, взяла шприц, заполнила его воздухом и склонилась над рукой Дельфины, ища вену. Но прежде, чем она успела ввести иглу, за ее спиной раздался голос Монкады, которого Перла не заметила в полумраке комнаты:
— Что вы собираетесь делать?
Перла похолодела от ужаса. Она узнала голос Монкады. Боясь быть разоблаченной, она не обернулась и ничего не ответила, но бросила шприц на тележку и схватила скальпель, лежавший среди инструментов. Монкада по-своему расценил ее молчание.
— Я работаю на семью этой больной, так что вы можете быть со мной откровенной. Что вы собираетесь делать? — повторил свой вопрос Монкада, безуспешно пытаясь поймать взгляд мнимой медсестры. — Вы меня слышите?
В это время раздался стук в дверь и в палату вошла Алехандра:
— Я хочу видеть мою мать!..
Монкада обернулся к Алехандре, выпустив из поля зрения Перлу.
— А сенатор тебе разрешил? — спросил он, преграждая Алехандре дорогу.
— Я хочу видеть мою мать, Монкада. Не мешай мне! — решительно сказала Алехандра.
Улучив момент, Перла выскользнула за дверь.
— Врачи запретили ее навешать, Алехандра, — сурово произнес Монкада.
— Но ты же здесь! Раз тебе можно, значит, можно и мне, — парировала Алехандра.
— Сестра, прошу вас, скажите ей вы… — Монкада обернулся, ища поддержки, но сестры уже и след простыл. — Куда она подевалась?
— Сама я отсюда не уйду. Если хочешь, попробуй вывести меня силой! Но за последствия я не ручаюсь! — заявила Алехандра.
Я никогда и ни к кому не применял силы, — спокойно заметил Монкада. — Не стану делать этого и сейчас, сеньорита.
С этими словами Монкада вышел, решив, что самым благоразумным в такой ситуации будет разыскать Самуэля, и пусть он решает. Оставшись наедине с матерью, Алехандра не могла сдержать слез.
— Мамочка! Родная! Не умирай! Я, наверное, не самая примерная дочь, но я тебя люблю! — запричитала Алехандра сквозь рыдания. — Ты помиришься с папой. И все будет как прежде. Только не умирай, ты мне нужна!
Алехандра взяла Дельфину за руку, чтобы поцеловать, но заметила, что запястье руки забинтовано. Заподозрив неладное, девушка откинула простыню, которой была прикрыта Дельфина, и увидела, что и второе запястье туго затянуто бинтом. Ужасная догадка поразила ее.
— Мамочка, как ты могла?! Зачем ты это сделала?! — недоумевала Алехандра, испуганно всматриваясь в лицо матери.
…Выскочив из палаты Дельфины, Перла с такой скоростью помчалась прочь, что на повороте буквально сбила с ног Самуэля. Испугавшись, что он узнает ее, Перла с силой оттолкнула его.
— Нельзя же так! Послушайте! — пытался задержать ее Самуэль, но Перла не остановилась и продолжала, не оглядываясь, бежать по лестнице. — Что это с ней? Сумасшедшая какая-то!
Почти добежав до раздевалки, Перла увидела двух медсестер, одна из которых несла в руках ее одежду.
— Надо отнести это сестре-хозяйке. Пусть узнает, кто это здесь оставил, — сказала она, проходя мимо Перлы и не обратив на нее внимания. Перла поняла, что домой ей придется возвращаться в халате. «Черт! Вот не везет!» — разозлилась Перла. Когда она выходила из больницы, у дверей ее остановил санитар из машины «скорой помощи»:
— Сестра! Помогите! Здесь привезли женщину… У нее выкидыш.
— Тем хуже для нее! — отрезала Перла, даже не взглянув на него.
Ошеломленный таким ответом санитар увидел, как «медсестра» остановила на улице такси, села в машину и уехала.
В рабочем кабинете Себастьяна Мария Алехандра пыталась утешить мужа, воспользовавшись недолгим просветом в приеме больных.
— Не казни себя, дорогой!.. Ты не мог знать, что Дельфина решится на такое, — убежденно произнесла Мария Алехандра.
