Прошло еще много времени, и Мансон еще долго занимался вскрытием комаров, прежде чем с полной определенностью установил, что крохотные червячки из желудка комара проникают сквозь его стенку в полость тела и в грудные мышцы, где вырастают от первоначальных двух-трех десятых миллиметра до целых двух миллиметров и где в них развиваются пищеварительная система и остальные органы, отсутствовавшие у личинок, паразитирующих в крови больных. Мансон не сомневался, что эти личинки уже могут заразить здорового человека. Он не знал еще, как они выходят из тела комара, но в тот момент ему было и не до этого: Мансон спешил сообщить миру о своем открытии.
Первое его сообщение появилось в печати уже в 1877 г., но осталось незамеченным. Здесь нечему и удивляться: оно было опубликовано в издававшихся на английском языке в Китае «Таможенных медицинских ведомостях». На него обратили внимание историки тропической медицины в середине XX в. К счастью, Мансон отправил подробный отчет и в Англию. В марте 1878 г. он был прочитан в Лондоне на заседании Линнеевского общества, а на следующий год напечатан в журнале "Journal of the Linnean Society", 1879. Отчет вызвал широкий отклик, его перепечатали и другие известные медицинские и естественно-научные журналы. Так «сумасброд» Мансон в один миг стал героем. Ничего удивительного, ведь идея, которую он проповедовал и справедливость которой доказал, была действительно революционной. Люди уже и раньше предполагали, что насекомые могут быть причастны к распространению болезней. Но мысль о том, что в теле насекомого может паразитировать какой-то организм, проделывающий там часть своего развития, прежде чем проникнуть в нового хозяина, была и в самом деле смелой.
Не один Мансон интересовался в то время проблемой слоновости. Поэтому отметим и другие вехи на пути познания: в 1876 г. Банкрофт, работавший в Австралии, наблюдал первых взрослых червей, которых в 1877 г. Коббольд (Cobbold) назвал в честь него филярией Банкрофта. Родовое название червей «филярии» должно было выражать удивительную волосовидную или нитевидную форму (длина тела самцов 2–4 см, самок — до 10 см при толщине всего 0,3 мм). Недаром их еще называют нитчатками. Позже, когда были выявлены и другие родственные виды червей — паразитов человека и животных и потребовалось таксономически упорядочить семейство филярий, черви — возбудители слоновой болезни человека были включены в род, названный по имени ученого, первым обнаружившего их личинки в крови, Wuchereria bancrofti.
Так паразитический червь получил свое название, а по нему были обозначены и его микроскопические личинки, развивающиеся в крови, — микрофилярий. Ну, а комары, с которыми столько мучился Мансон? Он и здесь оказался проницательным: их образец послал в Британский музей, так что сейчас мы знаем, что опыты он проводил с видом Culex pipiens fatigans — это некая тропическая параллель нашего назойливого комара (Culex pipiens molestus).
Мансон продолжал работать, исследовал весь цикл развития микрофилярий в организме комаров, и лишь самая последняя фаза — переход в нового хозяина — ускользнула от его внимания. Заметить ее удалось в 1900 г. Лоу, обрабатывавшему в Англии материал, присланный Банкрофтом из Австралии, и в том же году независимо от него Джеймсу, работавшему в Индии.
На этом история исследования Мансона кончается. Следует добавить, что он принадлежал к тем счастливым людям, чей труд по достоинству был оценен еще при их жизни. Вернувшись спустя двадцать с лишним лет в Англию, он читал лекции в университете. И больше того, мог с удовлетворением наблюдать, как его открытие навело на правильный путь ряд других исследователей, помогло в изучении других вопросов, в том числе и в разрешении загадки переноса возбудителя малярии.
Нам остается еще рассказать о том, что происходит с выявленными Мансоном червячками, когда они при укусе комара попадают из его хоботка в организм человека. Они проникают в лимфатические пути и по ним — в лимфатические узлы, где созревают, копулируют и дают жизнь новым личинкам. Лимфатические узлы человека опухают, воспаляются, лимфатические пути становятся непроходимыми — появляются отечность и деформация конечностей. Постепенно отечность становится более плотной, и возникает типичная картина слоновости.
