Но в том, в чем он не доверял королю, он полностью верил своей леди. Она была умна, она наверняка будет избегать королевской компании, если почувствует в нем хоть намек на угрозу. Он успокаивал себя еще и тем, что король был явно нездоров этим утром. Ричард наблюдал с балкона за отъездом отряда, так и не сняв ночного халата. Если он болен, он наверняка проведет остаток дня в своих покоях. Если они быстро справятся с проверкой всех местных колодцев, вернуться в Ашкелон можно будет к следующему утру. И все его волнения, скорее всего, беспочвенны.
И все же разум не желал успокаиваться, его тошнило при мысли, что его разыграли.
— Я уже насмотрелся. Скажи тем двоим, выдвигаемся, — сказал он Логану, указывая подбородком на рыцарей, которые сопровождали их из Ашкелона. Рыцари были молоды и ленивы, старались избежать солнца, занимаясь палатками и лошадьми. Все четверо жеребцов стояли в тени нескольких пальмовых деревьев, поить их приходилось из собственного припаса и собственноручно чистить после долгого дневного перегона. Голые деревенские дети сгрудились вокруг, пытались коснуться могучих боевых коней и тараторили на арабском, стараясь выпросить монетки и еду. Логан вложил два пальца в рот и засвистел, затем помахал обернувшимся рыцарям и закричал им вести коней. Себастьян вынул горсть монет из сумки и отдал согбенному главе деревни, поблагодарив за помощь и сообщив, где можно найти чистую воду для деревни.
— Пребывайте в мире, — сказал он, жестом отпуская старика, потому что два солдата уже спешили к нему.
— Ну что, девочки, отдохнули перед походом? — протянул Логан, усмехаясь молодым компаньонам, выхватывая поводья коня и взлетая в седло.
Себастьян улыбнулся шутке, но мысли его никак не оставляли Ашкелон.
— Следующий город примерно в часе езды, — сказал он. — Я хочу добраться быстрее, так что вперед.
Четверо всадников помчались по пыльной тропинке, которую здесь считали дорогой. И пришпорили лошадей, посылая их в галоп. Через некоторое время Себастьян снял с пояса флягу, сделал большой глоток и передал ее Логану, скакавшему с ним рядом.
Шотландец и двое молодых людей болтали большую часть пути, сравнивали истории, обсуждали пути войны в этой чужой и суровой земле. Один из молодых рыцарей был на марше с Ричардом в Даруме. Он делился довольно подробными описаниями бед, которые их преследовали: иссушающая жара и солнечные ожоги, жалящие мухи, живьем пожиравшие солдат, гнилой припас, из-за которого большая часть армии страдала от дизентерии.
— Но не король, — отметил рыцарь с восхищением в голосе. — Его, похоже, обходят все напасти. Некоторые говорили, что он наш новый Роланд.
Логан хмыкнул и покосился на Себастьяна.
— Ну, герой легенды или нет, а эти дни на марше не прошли для него даром, парень. Когда мы уезжали, Львиное Сердце заперся в покоях и наверняка пробудет в постели до нашего возвращения.
Сзади раздался смешок дарумского рыцаря и хлопок раскупоренной фляги с вином.
— В постели, возможно, — протянул он. — Но не из-за болезни. И не один, насколько я слышал.
Второй рыцарь бросил на него быстрый осуждающий взгляд, сжал губы, и глаза его расширились, предупреждая. Младший, похоже, не понял, где допустил промашку, но тут же захлопнул рот.
Пантомима была краткой и непонятной, но Себастьян вовремя обернулся и заметил ее.
Во рту немедленно пересохло.
— Уточните, сержант?
Неловкая тишина была ответом на его вопрос, два рыцаря неуверенно переглянулись.
Младший, отпустивший шутку, тут же опустил глаза и покачал головой, вся его предыдущая бравада тут же исчезла.
— Прошу прощения, сэр. Я… я говорил, не подумав. И, очевидно, ошибся.
Что-то холодное и тяжелое сжало нутро Себастьяна при этом ничтожном оправдании. Он ощутил, как кровь приливает к вискам, как кожу покалывает от дурного предчувствия. И натянул поводья, останавливая жеребца.
— Говорите, сержант, — прорычал он, переводя взгляд со смущенного солдата на рыцаря, который велел тому прикусить язык. Когда ни один не ответил ни на слова, ни на взгляд, Себастьян задал вопрос снова, вложив в свой тон всю ярость, застилавшую его разум темной пеленой.
— Говори, черт тебя побери!
Два рыцаря дрогнули, явно испугавшись. Второй молодчик поднял взгляд, его глаза забегали от страха, лицо приобрело оттенок рыбьего брюха. Весть была явно недоброй.
— Простите, милорд, но з-знаете ли вы Джона Брэдфорда, сэр? — Имя показалось Себастьяну знакомым: один из немногих доверенных стражей короля. — Айе, ну, вот, милорд… мы друзья, мы с Джоном. Он рассказал мне, как вчера присутствовал на встрече короля с тамплиерами и другими дворянами. И потом, сэр, видите ли, Джон был с королем и после…
— После, — подбодрил Себастьян, не в силах терпеть нервное заикание. — Давай, говори.
Судя по всему, он требовал подвига. Рыцарь сглотнул, беспомощно посмотрел на своего компаньона и снова опустил взгляд. Затем наконец выпалил на едином дыхании:
— Он был там после окончания совета, когда король делился планами интимного характера с леди, которую встретил в коридоре.
— Леди? — голос Себастьяна задеревенел.
