– Чтобы сразу железно убедиться, что ребенок внутри тебя, – указываю глазами на живот, – не имеет ко мне никакого отношения. Ведь наверняка, когда этот факт подтвердится, ты будешь кричать, что я все подстроил. Именно поэтому будет три разных лаборатории, куда я сам отвезу твою кровь. Чтобы сэкономить твое и мое время, дорогая жена.
С лица Айлин мигом слетает маска королевы. Ее глаза бегают в панике, а сама она находится в предобморочном состоянии. С беременностью явно что-то не то.
Так что недолго мне осталось ходить женатым человеком. Вернее, женатым не на той.
Перечитываю все три заключения и прихожу в ярость.
Какого, как говорится, хрена?!
Этот ребенок никак не может быть моим! Не может! Хотя бы потому, что я уже настроен на развод и семью с Эммой!
Дети должны рождаться в любви, как наш Арслан. Для Айлин же ребенок в любом случае – средство достижения цели. Каким он вырастет, если его родители ненавидят друг друга, мать не будет уделять должного внимания, а будет постоянно манипулировать им?!
Поэтому я отчаянно не желаю признавать правоту написанного в результатах теста ДНК.
В висках пульсирует, голову тут же сковывает обручем боли. Хожу из угла в угол, как раненый зверь, ища выход.
Мысли разбегаются, как крысы с тонущего корабля, и я понятия не имею, за что хвататься, чтобы решить эту «проблему». Да, кощунственно так говорить о маленьком живом человеке, но я хочу быть честным, прежде всего, с самим собой: я не желаю его рождения. Только не от Айлин. Да и не могу я быть его отцом, в конце-то концов!
«Радости» прибавляет в данный момент кажущийся оглушительным входящий звонок мобильного.
– Да!– рявкаю, не глядя на дисплей.
– Ох, нифига себе, – раздается в трубке насмешливый голос Давида. – Это отсутствие женского внимания так дурно на тебя влияет? Одичал там совсем в своей столице, что поздороваться забыл?
– Мне не до шуток сейчас, Давид! – цежу, а сам со злости швыряю стоящую на краю стола кружку в стену напротив.
Давид мигом переключается на серьезный тон.
– Что случилось?
– Айлин беременна, – выдыхаю, падая в кресло и откидывая голову на спинку.
– Так это не новость…
– Я сделал анализ на отцовство. В трех разных клиниках, куда лично отвез материалы, никого не уведомив. И все три утверждают, что отец этого ребенка я.
На том конце провода звенящая тишина. Настолько, что мне кажется, что связь прервалась.
Но нет.
– А если я поделюсь с тобой очень важной информацией, которая, уверен, поможет доказать, что ребенок Айлин все же не твой, возьмешь меня в крестные для сына?
– Мы не собираемся его крестить, – выпаливаю на автомате, и лишь потом до меня доходит смысл услышанного. – Погоди, что ты сказал? Давай еще раз.
Зажимаю переносицу, зажмуриваюсь, пытаясь сконцентрироваться на информации от Давида.
– Я тебе файлик один интересный скинул на почту. Посмотри потом. Это доказательство по делу вашего с Эммой ребенка. Так вот, вкратце. Я выяснил, что указание объявлять несуществующий диагноз отдавала некая сотрудница Департамента здравоохранения. И она, догадайся, кто?
– Давид, – раздраженно выдыхаю, почти выходя из себя, – у меня нет времени и желания отгадывать шарады. Если что-то знаешь, говори!
– Скучный ты, Кадыров. Так вот эта женщина – родственница Айлин по материнской линии.
Что? Какого…
– Вот дерьмо! – вырывается у меня, и я подскакиваю на месте, хватаю пиджак и иду на выход. Пришла пора поговорить жестко с женушкой, потребовать ответы на вопросы, а еще выяснить, чей же все-таки в ней ребенок. Потому что сейчас, владея этой информацией, у меня не остается сомнений, что мне хотят приписать чужого отпрыска.
– Удачи, брат. Так что там насчет крестника?
– На празднование годика Арслана вышлю приглашение, – усмехаюсь и отключаюсь.
Нажимаю на брелок сигнализации, прыгаю в машину и стартую с места с визгом шин. Пришла пора поговорить с женой начистоту.
Прохожу в квартиру и, не разуваясь, иду искать женушку. В гостиной, на кухне и в спальне ее нет. Моя благоверная обнаруживается на балконе разговаривающей с кем-то на повышенных тонах.
Останавливаюсь сзади нее и прислушиваюсь. И уже через несколько секунд с жадностью впитываю информацию, изо всех сил сдерживая себя в руках, чтобы не придушить Айлин.
– Да мне плевать! Я сказала еще тогда, что этот ребенок не должен был родиться! Я?! Я виновата?! Я, милый, со своей стороны все сделала, чтобы этого не случилось! А вот ты свою часть сделки не выполнил! Какого хрена она по-прежнему клеится к моему мужу?!
Через динамик слышу мужской голос, который что-то гневно отвечает моей женушке.
– Да делай с этим ребенком, что хочешь! Мне плевать! Лишь бы его не было! А что насчет моего? Нет, я еще не решила. С Тимуром я разберусь сама. Все, давай, пока.
– В каком вопросе ты разберешься со мной? – мой тон спокойный и равнодушный. И лишь одному Богу известно, чего мне стоит вот так стоять, облокотившись об косяк, вложив руки в карманы брюк. Иначе придушу тварь.
